Согласие в браке имеет значение

01 Июн 14.33 2160

Особенно если речь о нотариальном согласии на отчуждение имущества

Фирс Журавлев, «Кредитор описывает имущество вдовы». Иллюстрация: wikiart

Фирс Журавлев, «Кредитор описывает имущество вдовы». Иллюстрация: wikiart

Вопросы наследования имущества нередко порождают в семьях правовые конфликты. Жительница Сочи Александра Фотиева после смерти своего супруга «недосчиталась» недвижимости в свидетельстве о праве на наследство. Жилые и нежилые помещения суммарной площадью 74,5 кв. м по общему адресу в Адлерском районе муж без ее ведома продал своей сестре Надежде Фотиевой.

Незадолго до продажи спорного имущества супруга дала согласие на его отчуждение, но как единого комплекса помещений. Позднее Фотиев принял решение о его разделе, о чем не поставил ее в известность. А за год до своей смерти он и его сестра Надежда заключили договор купли-продажи разделенных помещений на 149 000 рублей. В 2012 году Фотиева не стало, наследником первой очереди стала его вдова. Получив в апреле 2014 года свидетельство о праве на наследство, она обнаружила, что спорных помещений там нет и право на них зарегистрировано на сестру умершего. Фотиева полагала, что надлежащего согласия на отчуждение разделенных помещений она не давала, хотя сделка и была заключена в период брака.

Вдова обратилась в Адлерский райсуд Сочи и просила признать сделку недействительной и вернуть помещения в наследственную массу. Адлерский райсуд (Роман Явзенко) ей отказал, мотивировав следующим. Согласно п.3 ст.35 Семейного кодекса «для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга». Супруга дала нотариально заверенное согласие на отчуждение помещений, поэтому суд верно «указал на соответствие оспариваемой сделки требованиям закона и наличие упомянутого выше согласия истца на отчуждение совместного супружеского имущества».

Краснодарский краевой суд (Наталья Дунюшкина, Светлана Рогова, Дмитрий Башинский) с такими выводами не согласился. Апелляция посчитала, что Фотиева дала согласие на отчуждение имущества до его разделения, но после того как ее супруг принял единоличное решение о разделе, прежнее имущество перестало существовать и образовалось новое. «На основании п.3 ст.35 Семейного кодекса РФ судебная коллегия приходит к выводу, что для отчуждения указанного имущества [Фотиеву] надлежало получить новое согласие супруги, чего им сделано не было», — пояснил краевой суд.

Покупатель имущества Надежда Фотиева обратилась в Верховный суд и вчера самостоятельно поддержала доводы жалобы.

Сын умершего Валерий Фотиев, представлявший интересы Александры Фотиевой, утверждал, что его отец намеревался продать помещения строительной компании и на вырученные средства продолжить строительство дома. И хотя договор купли-продажи с сестрой и был совершен, денег они не получили. «Надежда Фотиева является скрытым наследником», — заявил он, после чего Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда в составе Александра Кликушина, Игоря Юрьева и Татьяны Вавилычевой удалилась в совещательную комнату и через полчаса вышла с решением оставить право собственности на спорное имущество за сестрой.

Редакция L.R изменяет имена и фамилии участников разбирательства, если они не имеют значения для фабулы дела
наследственное право, наследственная масса, супруги

Для добавления комментария необходимо авторизоваться.