На обеспечительные меры нашлись правила компенсации

12 Май 15.54 4080

ВС назначил роли для заявителя, ответчика и суда

Фото: Максим Стулов/fotoimedia/ТАСС

Фото: Максим Стулов/fotoimedia/ТАСС

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного суда объяснила свою позицию по первому на этом уровне делу о возмещении за обеспечительные меры. 28 апреля судьи Иван Разумов, Ирина Букина и Денис Капкаев отменили акты нижестоящих инстанций и применили максимально возможную по 98-й статье АПК компенсационную санкцию — 1 млн рублей.

На видном месте в определении ВС, опубликованном 7 мая, стоят две цифры. Одна из них — это начальная цена продажи приставами с аукциона недвижимости компании «Гранит», заложенной банку «Зенит», — 242,79 млн рублей. Другая — 182 млн рублей — это цена, по которой «Зенит» продал это имущество тому же «Граниту» спустя девять месяцев действия обеспечительных мер, наложенных по инициативе материнской структуры «Гранита» — компании «РОСИФ». Она пыталась добиться признания недействительными договоров ипотеки, но потерпела неудачу.

Две эти цифры гармонично сочетаются со следующей ниже констатацией коллегии ВС. «Как верно указали суды, само по себе обращение с заявлением [о принятии обеспечительных мер] не может рассматриваться как противоправное поведение. Вместе с тем правопорядок не должен содействовать как испрашиванию обеспечительных мер по необоснованным искам, так и освобождению от ответственности субъектов, заявивших соответствующие требования», — говорится в определении.

Доказывать вину не надо

Затем Разумов и его коллеги сформулировали правила, по которым должны рассматриваться заявления о взыскании компенсации или убытков в связи с наложением обеспечительных мер. Нижестоящие суды, — Арбитражный суд Ростовской области, 15-й ААС и АС Северо-Кавказского округа — отклоняя требование «Зенита», мотивировали свою позицию тем, что банк не доказал виновность «РОСИФа».

Этого и не требовалось, возражает Верховный суд. «Вопреки выводам судов в предмет доказывания по иску о взыскании убытков или выплате компенсации в связи с обеспечением иска не входит установление виновности инициировавшего принятие обеспечительных мер лица», — говорится в определении. Объяснила свою позицию кассация тем, что права на возмещение убытков от обеспечительных мер и на получение компенсации основаны на положениях п.3 ст.1064 ГК РФ (общие основания ответственности за причинение вреда) и возникают из прямого указания закона (ст.98 АПК — убытки и компенсации в связи с обеспечением иска).

Бремя обоснования сумм

Не должен был, по мнению ВС, «Зенит» обосновывать и размер своих потерь. «При выборе такого способа защиты, как взыскание компенсации, отсутствует необходимость строгого доказывания размера понесенных убытков», — говорится в определении. Но, как пишут Разумов и его коллеги, закрепленные в ст.98 АПК критерии определения размера компенсации «предполагают обоснование потерпевшим негативных последствий, наступивших от обеспечительных мер». Потерпевший должен доказать причинно-следственную связь между негативными последствиями на стороне потерпевшего и обеспечением иска.

Со своей стороны его оппонент должен доказывать, что заявленная сумма компенсации завышена. Однако ни «Гранит», ни «РОСИФ» этого не сделали. «Противодействие обращению взыскания на заложенные объекты свидетельствует о ценности данных объектов, их способности обеспечивать достаточный уровень доходности как для общества «РОСИФ», так и для общества «Гранит», занявших консолидированную позицию по спору о недействительности ипотечных сделок», — констатировал Верховный суд.

Размер компенсации — за судом

Суд определяет компенсацию в пределах заявленной потерпевшим суммы, но может ее снизить, констатировали Разумов и его коллеги. «[Но] размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован, в том числе с учетом необходимости восстановления имущественного положения потерпевшего», — говорится в определении.

ВС сделал это, сопоставив сумму продажи «Зенитом» недвижимости обратно «Граниту» (182 млн руб.) с заявленной компенсацией. Она составляет 0,55% от стоимости заложенных объектов, а доход за 9 месяцев, пока не банк не мог реализовать имущество, равняется 0,73% годовых. Поэтому, сделал вывод суд, 1 млн рублей — это разумная и справедливая сумма, она соответствует закрепленному в ст.98 АПК предназначению компенсации, выплачиваемой в связи с обеспечением иска, и направлена на восстановление имущественного положения потерпевшего, а не на его неосновательное обогащение.

Жаль, что не убытки

Эксперты почти в восторге. «Определение ВС ценно не только тем, что он рассмотрел дело по очень нераспространенным в России требованиям, но и тем, что суд достаточно подробно изложил мотивы», — отмечает старший юрист адвокатского бюро «КИАП» Илья Дедковский. По его мнению, появление этого документа будет способствовать как увеличению числа аналогичных исков, так и их правильному рассмотрению.

С ним согласен юрист адвокатского бюро «Линия права» Андрей Набережный. «Справедливая и обоснованная», по его словам, позиция ВС позволит не только более эффективно защищаться пострадавшим, но и предотвратить недобросовестные действия заявителей. «Они будут теперь понимать, что высока вероятность того, что с них будут взысканы денежные средства», — говорит он.

Партнер и руководитель арбитражной практики юридической фирмы VEGAS LEX Кирилл Труханов называет компенсацию в 1 млн руб. символической, поскольку экономические потери банка от обеспечительных мер были очевидно больше. А Набережный из «Линии права» печалится, что банк пошел по пути компенсации, а не взыскания убытков, хотя и признает, что первопроходцу трудно. Но в итоге хотя бы примерные границы разумности и справедливости при взыскании компенсации или убытков за принятие обеспечительных мер остаются неизвестными.
обеспечительные меры, компенсации, Верховный суд РФ

Для добавления комментария необходимо авторизоваться.