Риски «беловоротничковой» преступности

15 Апр 23.27 1522

Юристы оценили причины давления правоохранителей на бизнес и способы защиты

Рене Магритт, «Голконда». Иллюстрация: wikipedia/commons

Рене Магритт, «Голконда». Иллюстрация: wikipedia/commons

Участники XII Юридического форума России, который ежегодно организует газета «Ведомости», обсудили сегодня, 15 апреля, тему уголовной ответственности «белых воротничков». Они обсудили трансформацию практики в этой сфере за последние годы, помечтали о «разделенной ответственности», а также назвали плюсы и минусы бегства за границу.

Переубедить следователя

Выступавшая первой партнер адвокатского бюро «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры» Виктория Бурковская говорила о том, что традиционное отграничение административных и уголовных деяний в России исчезло. «Развитие современного российского законодательства привело к тому, что повсеместной практикой стало привлечение юридического лица к административной ответственности, а физлица за те же самые деяния — к уголовной».

Трансформировалась практика и в том, кто становится объектом уголовного преследования. До 2006 года, по словам Бурковской, считалось необходимым привлекать руководителя организации, в крайне редких случаях — учредителя, а также бухгалтера. После же появления постановления Пленума Верховного суда РФ от 28 декабря 2006 г. №64 к уголовной ответственности стали привлекаться не только лица, подписавшие «проблемные» документы, но и лица, которые фактически только подавали эти бумаги на подпись. ВС расширил круг законных объектов уголовной ответственности, констатировала Бурковская, и это «подвигает всю теорию уголовного права и прямо противоречит закону!»

Негативная практика сложилась и на границе гражданско-правовой и уголовной ответственности среди «белых воротничков». Бурковская говорила, что правоохранительные органы всегда видят тут только преступления и изменить их позицию в этом невозможно — «нет форм для убеждения». Прокурор обычно заявляет, что у него недостаточно полномочий, не поможет и судебное обжалование, так как по существу суды не рассматривают дела на промежуточных стадиях. Единственная возможность — это переубедить следователя, резюмировала Бурковская.

Незнание освобождает от ответственности

Руководитель практики адвокатской коллегии «Аснис и партнеры» Дмитрий Кравченко высказал мнение, что принцип «незнание не освобождает от ответственности» не должен применяться к бизнес-преступности. Уголовное право содержит много бланкетных и отсылочных норм, а инвестор занимается бизнесом и не имеет возможности детально владеть всем количеством «технических» правил. «Несправедливо, неправильно, конституционно необоснованно привлекать людей к ответственности за такие вещи, которые они реально не могут и не в состоянии знать!» — заявил Кравченко.

Единственно возможным выходом из этой ситуации ему представляется введение «разделенной ответственности»: необходимо исходить из должности, которую занимает привлекаемый к ответственности человек, его образования и компетенции. «Если продолжать действовать по-старинке, с одной стороны, уголовное право становится репрессивным, с другой стороны, оно теряет свою эффективность, потому что к ответственности привлекаются не те, кто должен был бы», — резюмировал Кравченко.

Плюсы и минусы побега за границу

Президент коллегии адвокатов «Барщевский и партнеры» Самвел Караханян говорил о бегстве бизнесменов, подозреваемых или обвиняемых в уголовных преступлениях, за границу. По его словам, в основном это способ выживания, а не тактика защиты, так как отъезд ответственности не снимает, дело лишь приостанавливается и «становится вечным».

— Так что все-таки, за границу бежим-не бежим? — шутливо поинтересовался модератор сессии, управляющий партнер «Яковлев и партнеры» Андрей Яковлев.

— Давайте исходить из того, что не все могут бежать. А многие, кто убегает, теряет здесь бизнес, — серьезно ответил Караханян. Бурковская добавила, что для следствия главное — быстро возбудить дело и так же быстро предъявить обвинение, чтобы «вытолкнуть» за границу человека, который впоследствии теряет собственность.

Партнер московского офиса Hogan Lovells Алексей Дудко думает, что выбор зависит от мотивации бизнесмена. Кто-то уезжает и готов потерять бизнес, у бывшего президента «Банка Москвы» Андрея Бородина, который в 2011 году спасался от преследования по делу о мошенничестве с кредитами на 13 млрд руб., произошло наоборот, а экс-владельцам российского «Межпромбанка» Сергею Пугачеву и казахского «БТА-Банка» Мухтару Аблязову «пришлось полностью раствориться за границей».

В побеге за границу есть и плюсы, и минусы: да, это решает проблему меры пресечения, но не прекращения дела, резюмировали участники сессии. «Но для адвокатов — это в какой-то мере плюс», ведь приятнее поехать к клиенту в Ниццу, чем в Лефортовскую тюрьму или «Бутырку», заявил Караханян. По аудитории прокатилась волна смеха.

Подводя итоги, Яковлев счел отъезд за границу вынужденным. «Основная масса предпринимателей не уезжала бы с родины и не бросала бизнес, если бы следственные органы и суды четко выполняли законодательные требования по поводу запрета применения меры пресечения в виде ареста в отношении данной категории лиц», — заключил он. Но у бизнеса, по его мнению, наблюдается полное недоверие к органам власти.
меры пресечения, бизнес-преступность, уголовное правоприменение

Для добавления комментария необходимо авторизоваться.