КС разрешил казус с декриминализацией побоев

15.06.2018 17.19 4268

Фото: Youtube

Фото: Youtube

Конституционный суд РФ дал новое толкование положениям КоАП РФ, позволявшим до настоящего времени некоторым лицам уходить от ответственности за нанесение побоев.
 
Дело было рассмотрено КС в закрытом заседании без проведения слушаний. Поводом для проверки конституционности положений КоАП РФ и ряда других законов стали жалобы трех граждан, объединенные судом в одно дело. Заявители – жители Казани, Москвы и Оренбургской области – были в 2015 году и начале 2016 года избиты и пытались привлечь своих обидчиков к ответственности. Однако с 15 июля 2016 года вступили в силу изменения в УК РФ – была изложена в новой редакции ст. 116 УК РФ «Побои», а также введена ст. 116.1 «Нанесение побоев лицом, подвергнутым административному наказанию». Также с 15 июля 2016 года был дополнен статьей 6.11 "Побои" КоАП РФ. В результате заявителям было отказано в привлечении побивших их лиц к ответственности, поскольку в КоАП РФ на момент избиения статьи о побоях не было, а уголовной ответственности после 15 июля 2016 года они не подлежали, так как закон, смягчающий наказание, имеет обратную силу.
 
Избитые граждане обратились в КС, считая, что ч. 1 ст. 1.7 КоАП РФ и отдельные положения законов, которыми были внесены поправки в УК и КоАП РФ, нарушают их конституционные права, поскольку не позволяют привлекать ни к уголовной, ни к административной ответственности лиц, совершивших предусмотренное ст. 6.11 КоАП РФ деяние в период, когда оно квалифицировалось по ст. 116 УК РФ.
 
Как отметил КС, согласно Конституции РФ, если после совершения правонарушения ответственность за него устранена или смягчена, применяется новый закон. Уполномоченные органы не вправе уклоняться от принятия юрисдикционных решений об освобождении конкретных лиц от ответственности и наказания или о смягчении ответственности и наказания, оформляющих изменение статуса этих лиц. Положения ст. 1.7 КоАП РФ по существу воспроизводят предписания ст. 54 Конституции РФ, конкретизируя их применительно к сфере административных правонарушений, и потому не могут рассматриваться как противоречащие Конституции.
 
Из закрепленных КоАП РФ и УК РФ правил об обратной силе закона следует, что не имеет обратной силы закон, вводящий уголовную ответственность за деяние, ранее признававшееся административным правонарушением. Что касается отмены законом уголовной ответственности за то или иное деяние, которая сопровождается одновременным введением за него административной ответственности, то прямое указание на то, как такой закон действует во времени, в законодательстве отсутствует.
 
Между тем административная ответственность и ответственность уголовная, будучи разновидностями публично-правовой ответственности, преследуют общую цель охраны публичных интересов, таких как защита прав и свобод человека и гражданина, обеспечение законности и правопорядка, в силу чего они имеют схожие задачи и принципы и тем самым дополняют друг друга.
 
Как ранее уже указывал КС РФ, положение ст. 54 Конституции, запрещающее привлечение к ответственности за деяние, которое в момент его совершения не признавалось правонарушением – принимая во внимание возможность изменения степени общественной опасности некоторых деяний, – не исключает законодательной корректировки их противоправности, предполагающей допустимость преобразования составов отдельных административных правонарушений в составы преступлений и наоборот (постановления от 14 июля 2015 года № 20-П и от 10 февраля 2017 года № 2-П).

В отрыве от приведенного конституционного положения не должно интерпретироваться и установленное ст. 1.7 КоАП РФ правило об обратной силе закона, вводящего административную ответственность. Это означает, в частности, что отмена уголовной ответственности за то или иное деяние и одновременно – введение за него административной ответственности не могут рассматриваться в отрыве друг от друга. Частичная декриминализация побоев с 15 июля 2016 года сопровождалась синхронным дополнением КоАП РФ ст. 6.11, предусматривающей административную ответственность за нанесение побоев или совершение иных насильственных действий. То есть если ответственность за деяние смягчена, но не устранена, а само деяние получило другую отраслевую юридическую квалификацию, то его декриминализация при одновременном закреплении тождественного состава административного правонарушения не может рассматриваться как установление нового противоправного деяния, не наказуемого ранее. Такая декриминализация представляет собой смягчение публично-правовой ответственности за совершение соответствующего правонарушения, проявляющееся во введении менее строгих – по сравнению с уголовными – административных санкций, меньшее по степени – по сравнению с уголовно-правовым институтом судимости – ограничение прав при применении мер административной ответственности.

Отмена законом уголовной ответственности за определенное деяние с одновременным его переводом под действие КоАП РФ свидетельствует о том, что федеральный законодатель продолжает рассматривать данное деяние как правонарушающее, однако по-иному оценивает характер его общественной опасности. Применительно к вопросу о введении административной ответственности за нанесение побоев это означает не исключение, а смягчение публично-правовой ответственности, что, следовательно – в силу вытекающих из конституционных принципов справедливости и равенства требований неотвратимости ответственности за совершенное правонарушение, а также определенности, ясности, недвусмысленности правовых норм и их согласованности в общей системе правового регулирования, – предполагает привлечение лиц, совершивших такие действия, хотя и до указанной даты, к административной ответственности.
 
В иных случаях при оценке последствий изменения отраслевой принадлежности норм, устанавливающих наказуемость определенных форм поведения, также следует иметь в виду не только совпадение объема запрещенного деяния, но и одновременность изменения природы его противоправности, поскольку лишь синхронные изменения законодательной оценки тождественных деяний означают преемственность правового регулирования публично-правовой ответственности.

В результате КС пришел к выводу, что ч. 1 ст. 1.7 КоАП РФ во взаимосвязи с положениями других законов, конкретизируя конституционные правила действия закона во времени применительно к сфере административных правонарушений, позволяет рассматривать осуществленный ими без разрыва во времени перевод ранее криминализированных деяний под действие КоАП РФ в качестве смягчения ответственности за их совершение. Следовательно, эта норма не создает препятствий для возбуждения дел об административных правонарушениях и привлечения виновных лиц, в действиях которых будет установлен состав соответствующего административного правонарушения, к административной ответственности по ст. 6.11 КоАП РФ, если событие правонарушения произошло до вступления данной статьи в силу.

При этом не исключается правомочие федерального законодателя в случае отмены уголовной ответственности за деяние, ранее признававшееся преступлением, при одновременном введении административной ответственности за то же деяние включать в закон переходные положения, регулирующие вопрос о применении законоположений, вносящих такие изменения.
 
Конституционный суд РФ постановил, что ч. 1 ст. 1.7 КоАП РФ не противоречит Конституции РФ. При этом конституционно-правовой смысл рассматриваемых КС законоположений, выявленный в настоящем постановлении, является общеобязательным, что исключает любое иное истолкование в правоприменительной практике. Правоприменительные решения по делам заявителей, основанные на ином истолковании положений законов, подлежат пересмотру в установленном порядке.
КоАП, УК, Конституционный суд РФ, побои,

Для добавления комментария необходимо авторизоваться.

Получать уведомления от «Legal.Report»