Екатерина Машкова

Григорий Тункин: свободный ученый в несвободной стране

17 Окт 10.00 1116

Екатерина Машкова

преподаватель кафедры международного права юридического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова, заместитель руководителя Научно-исследовательского центра актуальных проблем современного международного права имени Г. И. Тункина

Legal.Report продолжает публикацию материалов о выдающихся российских юристах и общественных деятелях. Эта статья посвящена Григорию Тункину –известному российскому дипломату и юристу-международнику. "Патриарх" советской международно-правовой мысли сформировал ряд основополагающих принципов, которыми мировое сообщество руководствуется по сей день 

Дипломат 

Григорий Тункин родился в д. Чамово Шенкурского уезда Архангельской губернии 13 октября 1906 года. По воспоминаниям сына Григория Тункина, известного физика Владимира Тункина, отец рассказывал, что, окончив 3 класса начальной школы, 11-летним подростком уехал, чтобы поступить в высшее начальное училище. За 6 верст от родного дома.  В 1928 году Тункин окончил Лесной техникум, а в 1935-м – Московский юридический институт, затем там же аспирантуру.

Особое внимание Владимир Тункин обращает на упорное стремление отца с самого детства изучить иностранные языки. Им было достигнуто совершенство в знании основных языков: английского, французского и немецкого. Он владел также итальянским и испанским. На польском, чешском, румынском и венгерском читал международно-правовую литературу в оригинале, пользуясь словарями, которые всегда стояли на его письменном столе[6].

После окончания аспирантуры недолго проработал в Наркомате ВМФ СССР, затем с января 1939 года работал в Институте государства и права АН СССР. В том же году началась его дипломатическая карьера: cначала в Народном комиссариате иностранных дел, а  затем в Министерстве иностранных дел СССР. Тункин был советником посольства СССР в Канаде (1924-1944 гг.), заведующим первым Дальневосточным отделом НКИД (МИД) СССР (1945-1948 гг. и 1950-1952 гг.), советником-посланником посольства СССР в КНДР (1948-1950 гг.), заместителем заведующего вторым Европейским отделом МИД СССР (1950-1952 гг.). С мая 1952 по август 1965 года Тункин возглавлял Договорно-правовой отдел МИД СССР.

Дипломатическая карьера Тункина завершилась после того, как министр иностранных дел Андрей Громыко (1957-1985 гг.) отказал ему в совместительстве. Профессору Тункину пришлось сделать выбор между позицией заведующей кафедрой международного права МГУ имени М. В. Ломоносова и продолжением дипломатической службы. Он выбрал первое.

Ученый

Характеризуя Тункина как теоретика, нужно отметить уникальность его как ученого в советском международно-правовом контексте. Он стоит особняком среди своих коллег-современников, потому что тексты профессора Тункина по качеству нарратива, эрудиции, сложности и изяществу аргументов ничем не отличаются от лучших образцов международно-правовой мысли на глобальном (общемировом) уровне. Он не только в совершенстве владел и глубоко понимал западную доктрину международного права, но и был способен на равных полемизировать с первоклассными юристами, представлявшими древние и развитые правовые культуры, такими как А. Фердросс (1890-1980 гг.), Ж. Ссель (1878-1961 гг.), Г. Моргентау (1904-1980 гг.). Это явление совершенно нетипичное для советской правовой науки послесталинского времени. В этот период ушло практически все поколение правоведов, получивших образование в России до революции и являвшихся носителями европейской правовой культуры. Уже к концу 1940-х годов советская юриспруденция постепенно замыкается в себе, ссылки на иностранные доктринальные источники постепенно становятся редкостью, а их анализ все больше трансформируется в жанр «критики буржуазной правовой идеологии». Тункин и здесь исключение. Его основные собеседники (герои его книг) – это выдающиеся юристы-теоретики Запада.

Следует отметить, что заслуги Тункина перед советским государством, его статус «патриарха советской международно-правовой мысли», вероятно, могли бы позволить ему многое. Но, думается, дело не только в этом и не столько в этом. Пользуясь своим преимуществом, он мог вообще ничего не предпринимать в научной сфере. Но, вероятно, как раз не мог, потому что прежде всего это был человек, совершенно и всецело увлеченный своим делом, миром международно-правовой теории, миром, который делал его свободным в несвободной стране. Как Владимир Тункин пишет о своем отце, зародившийся у него интерес к изучению иностранных языков заполнял для него интеллектуальный вакуум и позволил выйти за пределы того мира, в котором он жил тогда.

Это очень чувствуется в его текстах. Каждый, кто способен понять, что такое творческая свобода, красота мыслей и идей, получает удовольствие от причудливой игры смыслов и концепций. Именно поэтому его активность не сводилась лишь к прагматической защите политических интересов СССР в форме международно-правовых деклараций и памфлетов, которые не представляли бы теоретического интереса. Его несомненная убежденность в правильности советской внешней политики выражалась в форме глубокой теоретической рефлексии. По свидетельству Рейна Мюллерсона, его ученика, а ныне президента Академии права при Таллинском университете, Тункин часто критиковался коллегами именно за «объективизм», увлечение анализом современной доктрины международного права. Ирония состоит в том, что то значимое, что останется от науки международного права советского периода, – это серия блестящих анализов в «объективистском» духе, львиная доля из которых принадлежит перу Тункина.

Ответственность государств

Основным вкладом Тункина в теорию международного права является обоснование концепции согласования воли государств, которая заключалась в признании в качестве правовой нормы современного общего международного права только тех правил, которые охватывают согласие всех государств (или заинтересованных государств по определенному кругу вопросов). Иными словами, в основе юридической силы нормы лежит обязательство, в отношении которого стороны договорились и которое стороны добровольно приняли на себя. Таким образом, одним из основных предметов исследования Тункина становится вопрос об источниках международного права.

Довольно широкая дискуссия развернулась относительно ст. 38 Статута Международного Суда ООН «Общие принципы права, признанные цивилизованными нациями», которая помимо разногласий представителей новых естественно-правовых и традиционных позитивистских концепций дополнилась еще и аргументом Тункина о том, что единства нормы не может быть при существовании противоположных социальных систем. Данный аргумент являлся существенным для сферы межгосударственного общения СССР.

Отстаивая концепцию невозможности существования нормативных правовых принципов, которые были бы общими для современного международного права и национальных правовых систем, Тункин тем не менее отмечает, что существуют общие правовые понятия и логические правила, которые используются при толковании и применении международного права и национального права, независимо от его социальной сущности.

Остаются весьма актуальными разработанные Тункиным новые принципы общего международного права, такие как принцип ненападения, который направлен на запрет нарушения границ другого государства и решения территориальных споров, а также запрещение организации сил для вторжения на территорию другого государства; принцип разоружения, который говорит, в первую очередь, о прекращении гонки вооружений, что неизбежно приводит к обострению международной обстановки; и принцип запрещения пропаганды войны, под которым понимается в том числе и обязанность государства принимать все меры для запрета пропаганды не только государственными органами, но и частными лицами и организациями.

Можно отметить, что сейчас изменился вектор вооруженных столкновений – от тринитарной войны к конфликтам низкой интенсивности. Серьезную угрозу миру и безопасности в настоящий момент представляют все учащающиеся ситуации с внутренними вооруженными конфликтами, в которых в той или иной степени участвуют третьи стороны[8] и которые приходят на смену межгосударственному противостоянию. К сожалению, ряд таких конфликтов имеет место быть и на постсоветском пространстве. Однако это не только не отменяет необходимости международно-правового регулирования вооруженного конфликта, но более того – требует дальнейшей разработки норм общего международного права.

Все вышеописанные вопросы связаны с не менее сложной и не менее неоднозначной проблемой ответственности государств. Позиция была основана на том, что, во-первых, субъектами правоотношений, возникающих в результате международного правонарушения, в ряде случаев могут стать третьи государства (или международные организации), а не только правонарушитель и пострадавший. Во-вторых, международные деликты следует делить на международные преступления, категория которых имеет явную тенденцию к расширению, и другие нарушения международного права. В-третьих, санкции, относящиеся к международным преступлениям, включают в себя меры, носящие характер наказаний-превенций. И наконец, государство, совершившее правонарушение и выступающее против применяемых в отношении него санкций, совершает новое правонарушение.

Следует отметить, что большинство из отмеченных теоретических конструкций были отражены в докладах специальных докладчиков Комиссии Международного Права ООН по теме ответственности государств[9], а впоследствии получили нормативное закрепление в статьях об ответственности государств за международно-противоправные деяния[10]. Так, в статьях воспроизведен подход к имплементации ответственности государства как права «потерпевшего государства», рассматриваемого в широком смысле. Законный интерес в призвании к ответственности и обеспечении выполнения соответствующего обязательства может иметь и широкий круг государств, даже в ситуации, когда ни одно из них в отдельности особо не затронуто нарушением международно-правового обязательства[11]. В частности, в случае нарушения взаимозависимого обязательства по смыслу пп. 2  ст. 42 Статей об ответственности государств, потерпевшими являются все государства, которых касается подобное обязательство.

Стоит констатировать, что в настоящее время уровень доктринальных исследований отечественных представителей по рассматриваемым вопросам не позволяет вести научную полемику, в том числе в критическом ключе.

Профессор Тункин занимает особое место в ряду крупнейших юристов-международников ХХ века, что признается равным образом как его коллегами в России, так и ведущими юристами Запада. Как отмечает Рейн Мюллерсон в предисловии к «Записным книжкам юриста-международника», занимая свое ведущее положение в советской науке международного права и пользуясь признанием и уважением на Западе, Григорий Иванович Тункин совместил эти почти несовместимые качества «благодаря сочетанию таланта, упорного труда и самодисциплины». С 1965 по 1993 г. Тункин возглавлял кафедру международного права юридического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова[1]. Его перу принадлежит более 250 научных работ (приложение 2 к книге Г. И. Тункина «Теория международного права» под общей редакцией проф. Л. Н. Шестакова, М., 2000), основными среди которых являются «Идеологическая борьба и международное право» (1967 г.)[2], «Теория международного права» (1970 г.)[3], «Право и сила в международной системе» (1983 г.)[4] и курс лекций в Гаагской академии международного права (1975 г.)[5]. Работы Тункина переведены на многие языки мира и хранятся в Научно-исследовательском центре актуальных проблем современного международного права имени Тункина кафедры международного права юридического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова.

Как пишет в предисловии к книге «Теория международного права» ученик Тункина и заведующий кафедрой международного права (с 1993 по 2009 гг.) доцент Лев Шестаков, «природа наделила Григория Ивановича аналитическим складом ума и величайшим трудолюбием». В своем интервью журналу "Законодательство" заведующий кафедрой международного права (с 2009 г. по настоящее время) доцент Алексей Исполинов, ученик и аспирант Тункина, говорит о своем учителе как о "человеке энциклопедических знаний и настоящем патриоте своей страны», который «очень остро реагировал на все изменения, происходившие как в стране, так в мире, видя за международным правом очень большое будущее».

Литература:
Г. И. Тункин «Теория международного права» под общей редакцией Л. Н. Шестакова, М. 2000, 2009.
Г. И. Тункин «Идеологическая борьба и международное право», М. 1967.
Г. И. Тункин «Право и сила в международной системе», М. 1983.
International Law in the International System by Grigory Tunkin – The Nitherlands 1975.
Г. И. Тункин «Записные книжки юриста-международника», М-СПб. 2014.
А.С. Исполинов. Интервью. Журнал "Законодательство" № 8, 2016.
 
[1] Григорий Иванович Тункин (30.9 [13.10].1906-23.08.1993) – доктор юридических наук, профессор, член-корреспондент Академии наук СССР (1974 г.), заслуженный деятель науки РСФСР (1972 г.), лауреат Государственной премии СССР (1987 г.) и премии Encyclopedia Britannica (1990 г.), трижды кавалер ордена Трудового Красного Знамени (1945, 1948, 1975 гг.) и дважды ордена «Знак почета» (1944, 1954 гг.), награжден пятью медалями СССР, в том числе «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» (1946 г.). Г. И. Тункин был также doctor honoris causa Парижского университета (Pantheon-Sorbonne) и почетным доктором Будапештского университета имени Э. Лоренца, членом Кураториума Академии международного права в Гааге (Нидерланды) (1974-1983 гг.), действительным членом Института международного права и членом Ученого совета Стокгольмского института по исследованию проблем мира.
Г. И. Тункин был основателем и председателем Советской ассоциации международного права и главным редактором «Советского ежегодника международного права», председателем исполкома Российской ассоциации международного права, почетным членом Индийского общества международного права (с 1984 г.) и Ассоциаций международного права Аргентины и Болгарии (с 1984 г.). http://www.lomonosov-fund.ru/enc/ru/encyclopedia:0131200:article; http://dic.academic.ru/dic.nsf/enc3p/298966; http://www.law.edu.ru/article/article.asp?articleID=152676; https://global.britannica.com/biography/Grigory-Ivanovich-Tunkin, http://www.independent.co.uk/news/people/obituary-professor-grigory-tunkin-1463812.html; http://www.revolvy.com/main/index.php?s=Grigory%20Tunkin
[2] Г. И. Тункин. Идеологическая борьба и международное право. М. Издательство «Международные отношения», 1967.
[3] Г. И. Тункин. Теория международного права. М. Издательство «Международные отношения», 1970.
[4] Г. И. Тункин. Право и сила в международной системе. М. «Международные отношения", 1983.
[5] International Law in the International System by Grigory Tunkin. Sijthoff &Noordhoff. The Nitherlands, 1975.
[6] Сам Григорий Иванович писал о себе, что учителя в школе прочили его на физико-математический факультет, но тяга к общественным наукам, к философии, истории и праву привела его на юридический факультет. Юридическое образование Григорий Иванович получил в Московском юридическом институте, куда поступил в 1932 г., а после окончания МЮИ в 1935 г. был зачислен в аспирантуру и в 1938 г. защитил кандидатскую диссертацию на тему «Парламентская реформа 1832 г. в Англии» под научным руководством известного юриста-международника Е. А. Коровина. Педагогическая и научная деятельность Г. И. Тункина началась в январе 1939 г., когда он становится старшим научным сотрудником Института государства и права Академии наук СССР, а с 1940 г. Г. И. Тункин является руководителем кафедры теории и истории государства и права во Всесоюзной правовой академии, где начинает читать курс лекций по истории государства и права.
В 1954 г. Г. И. Тункин защитил докторскую диссертацию на тему «Корейский вопрос после Второй мировой войны в свете международного права». С 1957 по 1966 г. Г. И. Тункин являлся членом Комиссии международного права ООН, которая представляет собой вспомогательный орган Генеральной Ассамблеи ООН и состоит из юристов-международников, пользующихся признанным авторитетом. Г. И. Тункин принимал участие в работе самых авторитетных международных конференций: по вопросу о Суэцком канале (август 1956 г., Лондон), Женевских конференций по морскому праву (1958-1960 гг.), Венской конференции по дипломатическому праву (1961 г.) и ряде других. Г. И. Тункин читал лекции по курсу «Международное право» в Московском юридическом институте, Высшей дипломатической школе, Московском государственном институте международных отношений.
[7] The Permanent Court of Arbitration: international arbitration and dispute resolution: summaries of awards, settlement agreements and reports. Editor(s): P. Hamilton, H.C. Requena, L. van Scheltinga, B. Shifman. The Hague, 1999; Die gerichtlichen Entscheidungen, Erster Band. Die Judikatur des Staendigen Schiedshofs von 1899-1913. Muenchen und Leipzig. 1914. S. 251-342.
[8] D. Schindler. International humanitarian law and internationalized internal armed conflict// International Review of the Red Cross. N.230. 1982. L. Zegveld. Accountability of Armed Opposition Groups in International Law.Cambridge, 2002. Тони Пфаннер «Асимметричная война с точки зрения гуманитарного права и гуманитарной деятельности» // Международный журнал Красного Креста, № 857, 2005.
[9] См. например, доклады Роберто Аго в Yearbook of the International Law Commission, 1967, vol. II, document A/CN.4/196; 1970 год, том II, документ A/CN.4/233; 1980 год, том II (часть первая), документ A/CN.4/318/Add.5–7. Доклады Виллема Рифагена см. там же, 1980 год, том II (часть первая), документ A/CN.4/330; там же, 1981 год, том II (часть первая), документ A/CN.4/344; там же, 1982 год, том II (часть первая), документ A/CN.4/354 и Add.1 и 2; 1986 год, том II (часть первая), документ A/CN.4/397 и Add.1. Доклады Гаэтано Аранджо-Руиса см. там же, 1988 год, том II (часть первая), документ A/CN.4/416 и Add.1; 1994 год, том II (часть первая) документ A/CN.4/461 и Add.1–3. Доклады Джеймса Кроуфорда см. в документах A/CN.4/490 и Add.1–7; A/CN.4/498 и Add.1–4; A/CN.4/507 и Add.1–4; и A/CN.4/517 и Add.1.
[10] Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН 56/83 от 12 декабря 2001 года «Ответственность государств за международно-противоправные деяния» // Российский ежегодник международного права. 2002. С. 361-376.
[11] См. заявление Международного суда ООН по делу Barcelona Traction, Light and Power Company, Limited, Second Phase, о том, что «все государства могут иметь «законный интерес» в том случае, когда речь идет о нарушениях обязательств erga omnes». I.C.J. Reports 1970. P. 3, at p. 32, para 33.

Для добавления комментария необходимо авторизоваться.