Андрей Красавин

​Инструменталист: как Сергей Недорослев зарабатывает на станкостроении

20.08.2018

Андрей Красавин

журналист

В одной из программ «Бизнес-секреты с Олегом Тиньковым» предприниматель не без иронии сказал Сергею Недорослеву: «Ты акционер везде!» И был отчасти прав. Среди активов бизнесмена в разные годы были авиазаводы и судоверфи, авиакомпании и вертолетные заводы, предприятия космической отрасли, производители горнорудной техники, месторождение по добыче серебра и даже чайная фабрика. Несколько лет назад Недорослев переключился на станкостроение. Legal.Report выяснил, с чем связан столь необычный выбор отрасли для новых инвестиций.

«Со всеми партнерами мы расставались в очень хороших отношениях, они все мои друзья», – рассказывал Сергей Недорослев в той же программе у Олега Тинькова. Здесь предприниматель лукавил. Он всегда старался подружиться с чиновниками, расположить их к себе, заработать авторитет, чтобы затем продвигать свои деловые интересы. С партнерами он поступал достаточно жестко. А его бизнес-стратегия заключалась в том, чтобы подешевле купить активы, консолидировать их, а затем подороже продать. И его выбор, как правило, падал на стратегически важные для государства предприятия или монополии, пусть и в своей достаточно узкой области. Стоит отдать предпринимателю должное: Сергей Недорослев тонко чувствовал политическую конъюнктуру в той части, где деньги, на поддержку какой отрасли или каких компаний пойдут бюджетные средства.

Классическим примером тактики Недорослева является история вокруг Дукатского серебряного месторождения в Магаданской области. Канадская компания Pan American Silver приобрела лицензию на его разработку в 1997 году. Год спустя накануне аукциона по распродаже госимущества Дукатского ГОКа канадцы полагали, что окажутся единственными претендентами, и предложили $8 млн. Однако в последний момент заявку на аукцион подала группа «Каскол» и перебила их предложение, оценив лот в $12 млн. Сергей Недорослев, объясняя участие в аукционе, говорил, что собирается выйти на новый для себя горнодобывающий рынок. В том, что он действовал в интересах владельца крупной горнорудной компании «Полиметалл» Александра Несиса, бизнесмен признался несколько лет спустя. В интервью журналу «Компания» Сергей Недорослев так прокомментировал «дукатскую» историю: «Наш партнер «Полиметалл» уже участвовал в другом проекте в Магадане, и руки у них были в определенной степени связаны, а у нас свободны. Поэтому роль атакующего мы взяли на себя. Росс Битти (главный исполнительный директор Pan American Silver) назвал меня рейдером – я сказал «да», но взяток не давал».

Покупай, пока дешево

Свой первый миллион выпускник физического факультета Алтайского государственного университета Сергей Недорослев заработал на родине. В 1988 году он вместе с друзьями Рашидом Мурсекаевым (впоследствии владелец «Дальневосточного морского пароходства» и авиакомпании «ВИМ-авиа», после банкротства которой в 2017 году скрылся от правоохранительных органов в Великобритании) и Валерием Покорняком создал компанию «Алтан». Продали свои личные автомобили, а на вырученные деньги сначала открыли игровые салоны в Барнауле, а чуть позже занялись перепродажей компьютерной техники. Спустя пару лет Недорослеву в Алтайском крае стало тесно, встал вопрос о переезде в столицу.

Покорняк переезжать не захотел, и бизнес пришлось делить. Торговая марка «Алтан» осталась за ним, а Недорослев с Мурсекаевым зарегистрировали в Москве уже новую фирму «Белуха», которая занималась поставками ширпотреба и продуктов питания из стран Азии в счет долгов за российское оружие и авиатехнику. Также бизнесмены принялись за скупку акций оборонных предприятий.

В 1997 году дороги партнеров разошлись. Мурсекаев занялся самостоятельным бизнесом, а Недорослев создал компанию «Каскол», которая продолжила инвестировать в "оборонку". Акции лежащих на боку предприятий тогда стоили недорого. Недорослев и не скрывал, что покупал их в расчете на выгодную перепродажу. В одном из своих интервью он даже заметил, что «нет крупного авиационного завода с участием частного капитала, акциями которого группа «Каскол» не владела бы сегодня или вчера».

Самыми лакомыми приобретениями «Каскола» в середине 1990-х стали пакеты акций Нижегородского авиастроительного завода «Сокол» (производство и модернизация самолетов МиГ), завода «Гидромаш» (монополист на российском рынке гидравлики и шасси для авиакосмической промышленности), «Балтийского завода» в Санкт-Петербурге, Рыбинской судостроительной верфи, судостроительного завода в Комсомольске-на-Амуре, а также нескольких авиационных КБ.

Полезные связи

Не все решают деньги, многое делают связи. Это первое правило бизнеса владельца «Каскола». На авиапром у Сергея Недорослева были далеко идущие планы. К началу 2000-х годов он стал завсегдатаем правительственных совещаний и визитов официальных делегаций на авиазаводы. Тогда главным вопросом было, как спасти умирающую отрасль. И предприниматель четко ориентировался на посылы чиновников, старался опередить неповоротливую государственную машину и чувствовал, на реанимацию какого предприятия пойдут бюджетные деньги.

К мнению бизнесмена редко прислушивались, но его влияние тем не менее росло. Постепенно Сергей Недорослев начал лоббировать участие российских предприятий в производстве европейских авиалайнеров. И в середине 2002 года ему удалось подписать контракт с Airbus о создании в России совместного инженерного центра. Полгода спустя «Сокол» и НПО «Иркут» получили заказ от Европейской авиационно-космической корпорации на поставку компонентов для лайнеров А-320. А завод «Гидромаш» начал производить шасси для модели A-400.

В 2003 году владелец «Каскола» предложил правительству передать ему в управление часть предприятий авиапрома. Но государство решило самостоятельно консолидировать заводы в рамках Объединенной авиастроительной корпорации (юридически она была оформлена в 2006 году). Так Недорослеву пришлось расстаться с авиапромом. Чуть раньше он продал и вертолетный бизнес.

В середине 1990-х годов «Каскол» стал владельцем 25% Улан-Удэнского авиазавода (УУАЗ) и 20% ростовского предприятия «Роствертол». В то время их продукция была сильно недооценена. Еще немного времени прошло с развала советского «Аэрофлота», а образовавшиеся на его осколках авиакомпании массово избавлялись от вертолетной техники. Рано или поздно ситуация должна была измениться, а пока эти активы, что называется, «отлеживались». Бизнесмен хотел собрать их контрольные пакеты акций, выкупить акции и долги Московского вертолетного завода им. Миля с его конструкторским бюро. И таким образом получился бы холдинг, объединивший производство самых востребованных вертолетов. Но этим планам не суждено было сбыться.

ФГУП «Рособоронэкспорт» в 2001 году предложило объединить всех российских производителей вертолетов марки «Ми». В начале декабря 2004 года был обнародован президентский указ об исключении из перечня стратегических предприятий и стратегических акционерных обществ МВЗ имени Миля, ММЗ «Вперед», Ступинского машиностроительного производственного предприятия и УУАЗа. Одновременно в этот перечень была включена ОАО «Корпорация «Вертолеты Миля». Спорить с чиновниками не имело никакого смысла. Оставалось только подчиниться. Но по оценке Forbes, за пакеты акций УУАЗа (25%), «Росвертола» (20%), нижегородского авиастроительного завода «Сокол» (40%), производителя ракет «Энергомаш» (14%), самарского производителя ракетных двигателей «Моторостроитель» (50%) и РКК «Энергия» (11%) Недорослев выручил около 10 млрд рублей.

На этих сделках владельцу «Каскола» удалось не только хорошо заработать, но и получить влиятельного покровителя. С 1993 года будущий министр промышленности Денис Мантуров занимался экспортом вертолетов УУАЗа, в 1998 году получил должность заместителя генерального директора УУАЗа, а затем возглавил ОАО «ОПК «Оборонпром», которому и предстояло консолидировать вертолетную отрасль.

«Молодой, умный, энергичный, коммуникабельный», – отзываются о Недорослеве знакомые с ним люди. За годы работы в авиапроме бизнесмену удалось наладить более тесные контакты с министерствами и ведомствами, регулирующими авиакосмическую отрасль, а его назначение в 2004 году на пост заместителя генерального директора аэропорта Шереметьево вывело предпринимателя на новый уровень. Поговаривали, должность предложил занимавший в то время кресло министра транспорта, а ныне помощник президента РФ Игорь Левитин.

Пора в холдинг

Понимание, чем заниматься дальше, к Недорослеву пришло после кризиса 2008 года. Вероятно, не без помощи его хорошего знакомого Дениса Мантурова. Еще в мае 2007 года бывший сослуживец Владимира Путина Виктор Иванов, занимавший тогда должность помощника президента РФ, предложил возглавлявшему в те годы правительство Михаилу Фрадкову ввести госмонополию «в области импорта и экспорта продукции станкостроения», а всех станкостроителей объединить на базе принадлежащего государству ОАО «Станкоимпорт». Идея родилась в недрах Российской ассоциации производителей станкоинструментальной продукции «Станкоинструмент». Ее руководители обратились в администрацию президента с просьбой объединить отрасль – создать холдинг и научно-технологический центр на условиях частно-государственного партнерства.

Отрасль находилась в упадке. Если в 1990 году по производству станкостроительной продукции Россия занимала третье место в мире, то в 2007-м скатилась на 22-е. По оценке «Станкоимпорта», объем продаж станков в России – $1–1,5 млрд, а доля российских – не более 1%.

Инициативу Виктора Иванова поддержали в Минпромэнерго, где говорили о возможности создания Объединенной станкостроительной компании. Но раскритиковали в Минэкономразвития. Там посчитали, что госмонополия на импорт оборудования затруднила бы модернизацию промышленных предприятий. Поэтому в тот момент дальше слов об объединении рынка дело не пошло. Да и не до того было: в 2008 году в мире начался финансово-экономический кризис, серьезно ударивший и по России.

Тем не менее первый звонок для станкостроителей прозвучал, и Сергей Недорослев его услышал. По данным сервиса «Картотека.ру», ООО «Каскол-холдинг», принадлежавшее бизнесмену, учредило ООО «Стан» в декабре 2009 года, а не в 2012 году, как говорит во многих интервью сам предприниматель. Два с лишним года новая компания никакой деятельности не вела. Первая выручка у «Стана» (2 млн 185 тыс. руб.) появилась только в 2012 году. Тогда же началось и наполнение активами. Почему не раньше? По всей видимости, Недорослев ждал новых сигналов от власти.

В начале 2012 года правительство утвердило Федеральную целевую программу «Развитие оборонно-промышленного комплекса российской Федерации до 2020 года» с бюджетом в 3 трлн рублей! Эти деньги должны были пойти на модернизацию "оборонки", и значительная из них часть – на закупку станков. В декабре 2013 года вышло еще одно постановление правительства, запретившее закупку иностранного оборудования при наличии российских аналогов.

О намерении консолидировать отрасль заявлял «Ростех». Планировалось, что произойдет это на базе подконтрольной госкорпорации компании «Станкопром». В новый холдинг вошло 16 предприятий, но интегратора из него не получилось. И в прошлом году уже сам Ростех инициировал создание со «Станом» совместного предприятия на базе Савеловского машиностроительного завода (СМЗ), расположенного в Кимрах.

Набрал станков

Первое предприятие у «Стана» появилось в сентябре 2013 года на базе Стерлитамакского станкостроительного завода, в ноябре добавился Коломенский завод тяжелого станкостроения, а в конце 2014 года – Рязанский и Ивановский станкозаводы. Позднее к этим активам прибавились московская площадка (ООО «Шлифовальные станки»), тверская (ООО «Савеловский станкостроительный завод», ССЗ, не путать с СМЗ) в Кимрах и ООО «Донпрессмаш» в Азове Ростовской области. Таким образом, «Стан» стал производить около половины всех металлообрабатывающих станков в России. Министр промышленности Денис Мантуров даже назвал компанию Недорослева «серьезным частным игроком» в станкостроении.

Правда, ведет игру бизнесмен не всегда по общепринятым правилам. Так, через некоторое время после покупки «Станом» Ивановского завода тяжелого станкостроения (ИЗТС, сейчас это Ивановский станкостроительный завод – ИСЗ) бывший генеральный директор предприятия начал говорить едва ли не о рейдерском захвате.

ИЗТС требовались инвесторы. «Появились люди из группы «Стан», – рассказывал Владимир Бажанов в интервью ивановскому журналу «1000 экз.». – Они мне тогда говорили: мы друзья с Мантуровым, с заместителем председателя военной промышленной комиссии Бочкаревым, с Рогозиным, мы будем заходить «сверху». Я подумал: вообще-то это выход (…) Составили бизнес-план, стукнули по рукам». Так «Стан» стал владельцем площадки в центре заводской территории и заключил договор аренды на оборудование ИЗТС.

Некоторое время, по словам гендиректора, все шло нормально, но затем они отказались платить. За аренду, оснастку и документацию не платили больше года, а когда Бажанов потребовал рассчитаться и не разрешил «Стану» вывозить готовую продукцию, начались разборки в стиле 90-х. «Ворота были закрыты на цепь. Заперты на замки. Кувалдой были сбиты замки, сброшена цепь. И дальше ворота были открыты», – рассказывал в интервью программе «Губерния» местного телеканала «Барс» начальник отдела информационных технологий ОАО «ИЗТС» Сергей Косарев. Таким образом машины с продукцией, изготовленной на производстве «Стана», покинули территорию предприятия. «Купили цеха на кредитные средства за 174 млн руб. и тут же переоценили их в разы, – продолжает Владимир Бажанов. – И сразу отдали их в залог банку под новые кредиты. Они делают дутую капитализацию предприятия. Для того чтобы просто продать его по совершенно другой цене».

История вокруг Ивановского завода тяжелого станкостроения еще не завершена. В январе 2016 года Бажанов создал новое предприятие – АО «ИЗТС». «Стан» же зарегистрировал ООО «Ивановский станкостроительный завод». Арбитражный суд Ивановской области решением от 2 апреля 2018 года по иску Бажанова запретил «Стану» использовать товарный знак «Ивановский завод тяжелого станкостроения» и «ИЗТС».

По похожему сценарию действовал Сергей Недорослев в конце 2000-х годов, когда пытался получить контроль над одним из крупнейших производителей горного оборудования – воронежским «Рудгормашем». С октября 2007 года 25% акций компании владели Сергей Недорослев и его партнер, глава холдинга «Сахалинуголь» Олег Мисевра. По словам основного владельца компании Анатолия Чекменева, они потребовали от него еще часть бизнеса. «В случае отказа указанные лица обещали привлечь весь имеющийся у них административный ресурс, в том числе правоохранительные органы, посредством проведения всевозможных проверок, возбуждения уголовных дел и т. д.», – говорилось в открытом письме, опубликованном Чекменевым на «Большом воронежском форуме». 24 декабря 2008 года был арестован топ-менеджер компании Вячеслав Енин, а в самом конце 2009 года по обвинению в выводе с предприятия активов арестовали Чекменева. «Возбуждение и расследование данного уголовного дела было инициировано представителями корпорации «Каскол», – убежден глава «Рудгормаша». Он провел в СИЗО несколько месяцев, но следователи так и не смогли доказать вину. Действия, которые инкриминировало ему следствие, Чекменев объяснил спасением завода от рейдерского захвата. Судебный процесс длился более трех лет и завершился оправдательным приговором.

«Касколу», впрочем, так и не удалось добиться контроля над предприятием. ОАО «Рудгормаш» погрязло в долгах и было обанкрочено. Основную же производственную деятельность вело ЗАО «Рудгормаш», правопреемник ОАО, подконтрольный Чекменеву.

Господдержка для «Стана»

После неудачи с горным оборудованием Сергей Недорослев решил попробовать себя в новой нише. Естественно, не обошлось без помощи государства, на что и рассчитывал бизнесмен. По программе господдержки «Стан» получил 2,2 млрд рублей долгосрочных субсидированных кредитов, что составляет почти 70% всех выделенных на отрасль средств. Прибавим к этому к этому заем на 2 млрд рублей под 5% годовых на семь лет от Фонда развития промышленности и 230 млн бюджетных рублей на НИОКР. Не без лоббистских усилий клиентами «Стана» стали крупнейшие госкомпании: Объединенная судостроительная корпорация, «Вертолеты России», Объединенная двигателестроительная корпорация и Объединенная авиастроительная корпорация.

Поддержка заключалась не только в льготных кредитах, займах и закупке станков. Как удалось выяснить Legal.Report, многие госконтракты не были связаны с поставкой оборудования. По данным сервиса «Картотека.ру», в июне 2016 года «Стан» выиграл контракт от ПАО «Туполев» на «строительные работы по возведению нежилых зданий и сооружений» стоимостью 31,3 млн руб. В августе 2016 года – еще два контракта, уже от АО «Авиастар-СП», на общую сумму 540 млн руб. на «услуги заказчика-застройщика, генерального подрядчика». Еще один контракт от «Туполева на «строительные работы по возведению нежилых зданий и сооружений» «Стан» получил в марте прошлого года уже на сумму 553 млн руб. Помогло «Стану» и ООО «Нацпромлизинг», заказав оборудование более чем на 1 млрд руб. Это совместная «дочка» «Ростеха» и уже упомянутого выше Фонда развития промышленности.

Административный ресурс

Секрет успеха «Стана» – в умении Сергея Недорослева находить общий язык с нужными людьми. Достаточно посмотреть на членов экспертного совета Фонда развития промышленности, который принимает решение о финансировании проектов, и наблюдательного совета. Его члены контролируют деятельность фонда и участвуют в экспертизе крупных проектов. Итак, председателем наблюдательного совета является не кто иной, как Денис Мантуров, а Сергей Недорослев – член и экспертного, и наблюдательного советов.

Еще одна знаковая должность Сергея Недорослева – сопредседатель общероссийской общественной организации «Деловая Россия». Возглавляет ее глава «Р-фарма» Алексей Репик, чья компания контролирует, по версии журнала Forbes, десятую часть всех фармацевтических государственных контрактов. Сопредседателями, помимо Недорослева, являются уполномоченный при президенте РФ по защите прав предпринимателей Борис Титов и президент ГК «Промышленные инвесторы» Сергей Генералов. Все они имеют хорошие связи в правительстве и в случае чего могут замолвить слово за своего знакомого. Но не несет ли опасность дальнейшая монополизация отрасли?

Станкостроение – один из наиболее зависимых от импорта секторов российской промышленности (более 90%). В 2017–2030 годах на инвестиции в НИОКР и увеличение мощностей, по оценкам Минпромторга, потребуется 65,3 млрд руб. В стратегии развития отрасли к 2030 году планируется обеспечить долю отечественной продукции в 50%. И укрупнение «Стана» может сделать его монополистом, который уже сам диктует рынку цены. Об этом в Министерстве промышленности почему-то не говорят.
бизнес, экономика, промышленность, инвестиции, Минпромторг,

Лариса Козлова 24-08-2018 10:57

Вот вроде хорошая, серьезная аналитика?! А ляпов! К примеру, Гидромаш, так в проект А400 и не попал. А тут аж целое шасси начал производить...

Для добавления комментария необходимо авторизоваться.

Получать уведомления от «Legal.Report»