Павел Филиппов

Бессмертный трактат о преступлениях и наказаниях

18 Мрт 11.45 2450

Шесть параллелей между книгой 1764 года и пороками российского уголовного права

Павел Филиппов

к.ю.н., доцент кафедры уголовного права и криминологии МГУ

15 марта исполнилось 278 лет со дня рождения Чезаре Беккариа (1738-1794) — автора бессмертного трактата «О преступлениях и наказаниях», увидевшего свет в 1764 году. Книга, которая два с половиной столетия назад сотрясла Европу своими революционными идеями, до сих пор входит в джентльменский набор грамотного юриста. Многие положения из этой работы необходимо уяснить как основу основ, как таблицу умножения, законодателям, формирующим уголовно-правовую политику в современной России.

Автор этого трактата, полное имя которого звучит как маркиз Чезаре-Франческо-Джузеппе-Мария-Гаспаре-Мелькиоре-Бальдассаро-Антонио-Марчелинно Беккариа-Бонесана, происходил из знатной дворянской фамилии Северной Италии, обучался в аристократической школе ордена иезуитов в Парме, а затем на юридическом факультете в университете Павии, где получил степень доктора канонического и римского права.

Его книга «О преступлениях и наказаниях», слишком либеральная для своего времени, была встречена современниками — учеными-юристами и служителями правосудия — «бешеной злобой», которая в полной мере отражена в работе венецианского монаха Факинеи «Заметки и замечания на книгу, озаглавленную «О преступлениях и наказаниях»» (1765). В ней содержатся самые ужасные обвинения, какие только мыслились в XVIII веке: в поношении верховной власти, церкви, христианской религии, священного трибунала инквизиции. В Венеции это повлекло запрет владеть книгой Беккариа под страхом смертной казни, который был отменен лишь в 1781 году. В 1767 году французский криминалист Мюяр де Вуглан высказался о недостатках этой работы в брошюре объемом 118 страниц, хотя она, по его мнению, и не заслуживала критики по той причине, что «полна парадоксов и заблуждений». Папский престол занес трактат в «Индекс (список) запрещенных книг» — такое «осуждение» сохранилось до 1929 года.

И все же, по мнению профессора Решетникова, у книги счастливая судьба: «она всегда имела больше сторонников, чем противников, а голоса тех, кто отстаивал идеи книги, всегда звучали гораздо более убедительно и авторитетно, чем голоса тех, кто нападал на нее. Более того, каждое новое обвинение в адрес этой книги немедленно привлекало на ее защиту новые голоса». Действительно, только за два года после своего первого издания трактат переиздавался пять раз, а к началу XIX века был переведен практически на все европейские языки. Труд Беккариа бесспорно повлиял на русские умы и на русское законодательство. Императрица Екатерина II приглашала знаменитого итальянца принять участие в трудах Комиссии по составлению нового Уложения. Идеи Беккариа и даже целые части его трактата были заимствованы Екатериной II при создании Наказа комиссии о составлении проекта нового Уложения (1767 год) и определенно повлияли на Судебные уставы 1864 года.

В пятом издании трактата Беккариа поместил специальное предисловие «К тому, кто читает», в котором пытался защитить свои позиции от нападок. О своей работе он написал: «цель ее — не ослабить, а усилить законную власть, если только убеждение неотразимее действует на душу, чем насилие, и если это убеждение в глазах всех оправдано своей умеренностью и человечностью».

Один из основных тезисов Беккариа заключается в том, что суровость наказания не панацея от преступности. «Одно из чувствительных средств, сдерживающих преступления, заключается не в жестокости наказаний, а в их неизбежности. <...> Жестокость наказания не только не способна предотвратить совершение новых преступлений, а вызывает обратную реакцию — ведет к ожесточению души человека. Для достижения цели наказания достаточно, чтобы зло наказания превышало выгоду, достигаемую преступлением, и в этот излишек зла должны входить также неизбежность наказания и потеря выгод, которое могло бы доставить преступление».

Отсутствие зависимости и закономерности между количеством совершаемых преступлений и суровостью наказания, предусмотренного за них, впоследствии неоднократно доказывалось исследованиями. К сожалению, в последние годы уголовное законодательство в России идет по пути усиления репрессий, в том числе путем увеличения размеров наказания и широкой криминализацией новых деяний. При этом по многим группам преступлений не наблюдается заметного их снижения. В 2015 году отмечен почти 9-процентный рост числа преступлений, практически каждое второе — не раскрыто, говорилось всего несколько дней назад на заседании коллегии МВД РФ 15 марта.

У российских законодателей и многих политических деятелей вошло в привычку реагировать изобретением новой уголовной нормы на любое негативное событие в обществе. Многие, в том числе и в законодательных органах власти, искренне считают, что если ввести уголовно-правовой запрет с суровыми санкциями, то порочное явление если не исчезнет, то заметно сократится. Так было, например, когда предлагались, а затем и вводились кратные штрафы для взяткополучателей. Однако практика показывает, что даже реальное назначение «фантастических» по размерам штрафов взяткодателям не может искоренить этого явления. Кроме того, нередко забывают о необходимости соразмерности между преступлениями и наказаниями, о которой тоже писал Беккариа.

Он также подчеркивал важность предупреждения преступлений и давал красивое решение этой проблемы: «Сделайте так, чтобы законы были ясными, простыми, чтобы вся сила нации была сосредоточена на их защите и чтобы ни одна часть этой силы не направлялась на их уничтожение». Неразрывно с ясностью и четкостью связана и проблема толкования закона, «роковой свободы рассуждений, порождающих произвольные и корыстные споры». Исходным положением по данному вопросу является следующий тезис: толкование закона не должно принадлежать судьям, так как они не законодатели. Хотя, как можно сделать вывод из рассуждений Беккариа, для него сама ситуация с толкованием законов явно не нормальна. В подтверждение можно привести его высказывания: «Невыгоды от строгого соблюдения буквы уголовного закона незначительны по сравнению с невыгодами, порождаемыми его толкованием». «Если толкование законов зло, то злом, очевидно, является и темнота их, заставляющая прибегать к толкованию».

Проблема языка современного уголовного закона, а следовательно ясность и простота уголовно-правовых предписаний, гиперактуальна и в настоящее время. Достаточно упомянуть тот факт, что многие нормы Особенной части действующего Уголовного кодекса РФ постоянно корректируются, особенно это касается экономических преступлений. Причем корректировка связана именно с нечеткостью и невыверенностью принимаемых норм. Но и этого оказывается недостаточно для уяснения современного уголовного закона. Попыткой решить данную проблему являются многочисленные разъясняющие постановления Верховного суда РФ.

Еще один тезис, который отстаивал Беккариа, заключается в том, что до вынесения приговора лицо не должно лишаться свободы, если «это не вызвано необходимостью». Однако реализация в практической плоскости данного бесспорного теоретического положения постоянно порождает дискуссии в современном обществе, возникающие, как правило, с содержанием под стражей подозреваемых и обвиняемых в экономических преступлениях.

Беккариа отмечает, что наказание должно быть только личным. Это положение поддерживается всеми современными представителями уголовно-правовой и криминологической науки. Однако вопреки этому законодатель в декабре 2013 года внес в УК РФ положение, согласно которому такое наказание, как штраф, может быть назначено несовершеннолетнему при отсутствии у него самостоятельного заработка или имущества, на которое может быть обращено взыскание. В таком случае штраф можно взыскать с родителей или иных законных представителей с их согласия.

Интересно воззрение Беккариа на хищения. Он пишет, что «кражу без насилия следовало бы наказывать денежной пеней: кто хочет обогатиться за счет другого, должен претерпеть ущерб в своем имуществе». В современной России хищения являются самыми распространенными правонарушениями, их показатель превышает 50% от всех регистрируемых преступлений. При этом назначение реального лишения свободы за хищения, в том числе и за кражи, незначительные по своим размерам, широко распространено.

Необходимо отметить позицию Беккариа и в отношении смертной казни. Этот вопрос в любой момент может быть «активизирован» в России, так как юридически такой вид наказания содержится в Уголовном кодексе РФ, а его «неприменение» сдерживается актами Конституционного суда РФ. Беккариа являлся страстным противником смертной казни. С его точки зрения, это бесцельная расточительность наказаний, которая никогда не делала людей лучше, война нации с гражданином. Но дело не только в неэффективности смертной казни, но и в том, что верховная власть и законы не имеют на нее права. Беккариа полагал возможным применять смертную казнь только в том случае, если, даже лишенный свободы, преступник угрожает нации и его существование может вызвать переворот. И то такая мера наказания может быть применена лишь в период, когда нет спокойного господства закона. Беккариа считал, что смертную казнь будет намного эффективнее заменить «пожизненным рабством», то есть пожизненным лишением свободы. Как видно, написанное более двух веков назад произведение и сейчас представляет не только научный интерес и может быть крайне полезным.

Библиография

1. Modern History Sourcebook: Index librorum prohibitorum, 1557-1966 (Index of Prohibited Books) 
2. Зарудный С. И. Беккариа о преступлениях и наказаниях в сравнении с главой Х Наказа Екатерины II и с современными русскими законами. СПБ. 1879
3. Исаев М. М. Историко-биографический очерк // Чезария Беккариа. О преступлениях и наказаниях. М. 2004
4. Решетников Ф. М. Беккариа. М. 1987
5. Филиппов П. А. Чезаре Беккариа // Филиппов П. А. Очерки жизни и творчества ученых-криминалистов (из истории уголовного права XIX-XX вв.). М. 2014
6. Владимир Путин поставил МВД задачу — не дать криминалу пробраться во власть
 
история права

Для добавления комментария необходимо авторизоваться.