Исмаил Дибиров

Отречение и наказание

06 Сен 12.05 1206

Как работают законы шариата 

Исмаил Дибиров

юрист ИФК «Горизонт Капитал»

Саудовская Аравия является одной из немногих стран, законодательство которых полностью основано на правилах шариата. Подобная ситуация легко объясняется традицией и историческими факторами, оказавшими влияние на развитие королевства Саудитов. Будучи значимым игроком на глобальной международной и локальной ближневосточной геополитической арене, эта страна, тем не менее, не намеревается воплощать соответствующие реформы и приводить внутреннее законодательство в соответствие с западными принципами и нормами. Именно строгое соблюдение правил, прописанных в Коране, при законотворчестве и, соответственно, правоприменении, позволяет внешнему миру порой быть свидетелем нетипичных, а для современного человека западной формации и вовсе диких кейсов.

Вероотступничество как уголовное преступление

Согласно шариатскому законодательству вероотступничество является одним из наитягчайших форм неверия (куфра). Шафиитский и ханафитский мазхабы (богословско-правовые школы), основываясь на аяте 217 суры аль-Бакара, считают, что с момента вероотступничества все благие деяния, которые имели место в жизни человека до этого, оказываются пустыми и бессмысленными: "А если кто из вас отпадет от вашей религии и умрет неверным, у таких - тщетны их деяния в ближайшей и будущей жизни! Эти - обитатели огня, они в нем вечно пребывают". Лицо, совершившее иртидад (араб. ارتداد - отступничество, переход из одного состояния в другое), то есть тот, кто отрекся от веры, не вернулся в ислам и не раскаялся, будет вечно гореть в самых глубоких уровнях ада[1]. В аяте 74 суры ат-Тауба (Покаяние) говорится следующее:

"Они клянутся Аллахом, что ничего не говорили, а ведь они произнесли слово неверия и стали неверующими после того, как обратились в ислам. Они задумали совершить то, что им не удалось совершить. Они мстят только за то, что Аллах и Его Посланник обогатили их из Его щедрот. Если они раскаются, то так будет лучше для них. А если они отвернутся, то Аллах подвергнет их мучительным страданиям в этом мире и в Последней жизни. Нет у них на земле ни покровителя, ни помощника»[2].

К вероотступничеству относятся отрицание существования Аллаха, непризнание пророков, отрицание обрядов, установленных в Коране, намерение стать в будущем неверным (кафиром), и так далее. Для того чтобы вероотступничество считалось свершившимся, необходимо выполнение двух условий. Во-первых, вероотступник должен быть в полном сознании и умственно полноценным. Также заявление о вероотступничестве не должно быть сделано по принуждению. По принуждению, кстати, на словах отказываться от веры ислам позволяет. Все мусульманские правоведы считали, что вероотступники в конечном итоге должны быть казнены. При этом они ссылались на хадис (изречение) пророка: «Пролитие крови мусульманина разрешено в трех случаях: если он совершил прелюбодеяние, будучи женатым, если он совершил убийство и если он покинул свою религию».

Первая крупная волна иртидада случилась после смерти пророка Мухаммада, когда среди аравийских племен началось движение, направленное против власти халифа Абу Бакра. Одни племена не пожелали платить налоги мусульманским наместникам, другие обратились к лжепророкам, объявлявшим себя божьими посланниками. Однако ряд военных кампаний халифа Абу Бакра против мятежных племен в 632 и 633 годах довольно скоро восстановил изначальный статус-кво.

Сегодня, в силу сложившихся обстоятельств, кампаний подобного масштаба уже не увидеть, но время от времени кому-то все же приходит в голову, находясь в шариатской юрисдикции, преступать через его жесточайшие предписания. И это с учетом того, что, согласно отчету, опубликованному Human Rights Watch, в 2014 году королевство приняло ряд новых законов, которые приравняли атеистов к террористам. Король Абдулла, принимая данные указы, предпринял попытку подавить любые формы политического инакомыслия и протестов, которые могут представлять опасность для общественного порядка. Статья одного из новых положений определяет терроризм как "призыв к атеистической мысли в любой форме или подвергание сомнению основ исламской религии, на которых основана эта страна"[3]. К слову, для того чтобы попасть под соответствующую статью, нет необходимости выходить на площадь с публичными заявлениями: "религиозная полиция" мониторит социальные сети и оперативно привлекает правонарушителей к ответственности.

Смертная казнь за атеизм и политику

Одно из самых резонансных дел последнего времени - кейс Ашрафа Файяда. В прошлом году палестинский поэт и лидер зарождающегося в Саудовской Аравии общества современного искусства, курировавший выставки в Джидде и на Венецианском биеннале, был приговорен к смерти за отречение от ислама. Годом ранее, в мае 2014-го, общий суд приговорил Файяда к 4 годам лишения свободы и 800 ударам плетью. В апелляции поэту отказали, но при этом дело рассмотрели повторно в первой инстанции, где иной состав судей решил, что раскаяние Файяда никак не препятствует его казни[4].

Сам подсудимый прокомментировал ситуацию следующим образом: "Меня обвинили в атеизме и распространении разрушительных идей в обществе. [Книга Instructions Within, опубликованная в 2008 году] просто рассказывает обо мне как о палестинском беженце... она о культурных и философских вопросах. Но религиозные экстремисты истолковали ее как богохульническую".

Мона Карим, активист, защищающий права мигрантов и инициировавший кампанию по освобождению поэта, сообщил The Guardian, что обещав последнему апелляцию, саудовские полицейские запугивали его в течение полутора лет тем, что якобы нашли новые доказательства в деле. Кроме того, при аресте у Файяда отобрали документ, удостоверяющий личность, а без него тот не мог нанять юриста. В конце концов, дело рассмотрели заново с новым составом судей, но "новый судья даже не разговаривал с ним, только вынес приговор"[5].

За Ашрафа Файяда заступились многие видные активисты и деятели современного искусства и были уверены в том, что местные сторонники жесткого политического курса наказывают его за опубликованное в сети видео, на котором религиозная полиция в городе Абха публично бьет плетьми мужчину. Масштаб поддержки действительно был впечатляющим: сотни ведущих авторов, художников и актеров, включая директора Современной галереи Тейт Криса Деркона, актрису Хелен Миррен и других не менее выдающихся деятелей искусства, попросили об освобождении Файяда[6]. Более 60 международных художественных групп и организаций по защите прав человека, включая Amnesty International и ассоциацию писателей PEN International, запустили кампанию по призыву саудовских властей и западных государств спасти осужденного.

В некоторой степени их усилия увенчались успехом. The Guardian, активно освещавшая эту тему, уже в начале нынешнего года рассказала о том, что приговор к вышей мере наказания был отменен и заменен на 8 лет тюрьмы и 800 ударов плетью[7]. Обвинения в вероотступничестве с поэта не сняли, несмотря на заявление защиты о личной заинтересованности обвинителя и массе процессуальных нарушений, имевших место при слушании дела.

В том же 2015 году Али Мохаммад аль-Нимр был приговорен к смерти и распятию за участие в антиправительственных протестах, будучи еще школьником в возрасте 17 лет[8]. Кроме него к казни были приговорены еще 7 молодых людей.

Запад закрыл глаза

Эти случаи, несмотря на перманентную критику и различного рода акции со стороны международных правозащитных организаций, не первые и явно не последние дела подобного рода в Саудовской Аравии. Несколько дней назад The Independent со ссылкой на Al-Watan сообщила о том, что 28-летний мужчина, имя которого не называется, был приговорен саудовским судом к 10 годам лишения свободы и 2000 ударам плетью. Преступление заключалось в том, что человек в социальной сети Twitter признался, что является атеистом, и отказался покаяться, обосновывая это тем, что написанное им в микроблоге отражает его собственные убеждения и он имеет право их свободно выражать.

Религиозная полиция обнаружила более 600 твитов, в которых мужчина отрицал существование бога, высмеивал коранические писания, обвинял пророков во лжи и разжигании вражды[9].

Нововведения в саудовское законодательство относительно критики религии и государства, как видно, кардинально повлияли на судьбу таких людей, как Ашраф Файяд, Раиф Бадави (приговорен к 10 годам лишения свободы и 1000 ударам плетью за создание сайта в поддержку свободы слова Saudi Free Libreals Forum[10]), шейх Нимр аль-Нимр (дядя Мохаммада аль-Нимра, казненного в январе этого года[11] [12]), и многих других.

Заместитель директора по Ближнему Востоку и Северной Африке Human Rights Watch Джо Сторк прокомментировал ситуацию следующим образом: "Саудовские власти никогда не терпели критики в адрес своего политического курса, но недавние законы приравнивают любой критический отзыв или независимое объединение к преступлениям террористической направленности"[12].

Игнорируя озабоченность международного сообщества, организаций по защите прав человека и в целом международные принципы, касающиеся прав и свобод человека, Саудовская Аравия продолжает следовать своей политико-религиозной линии. Будучи одним из крупнейших игроков на международном нефтяном рынке, союзником западных государств, и осознавая свое религиозное и локальное значение для мусульман всего мира, королевство не особо беспокоится о какой-либо интервенции, которая могла бы поменять положение дел. Вопрос, как быстро наступят положительные изменения, органично и изнутри, то есть сверху, на наш взгляд, еще долго будет оставаться открытым.
 
 
[1] подробнее см. А. Али-заде, Исламский энциклопедический словарь, изд. Ансар, 2007 г.
[2] цитата приведена в переводе И.Ю. Крачковского.
[4] Ibid
[5] Ibid
Саудовская Аравия, исламское право, шариат, Коран

Для добавления комментария необходимо авторизоваться.

Получать уведомления от «Legal.Report»