Бабушкин надвое сказал: Почему к Константину Пономареву неприменима амнистия капитала

Новости26.12.2019
26.12.2019851

На недавнем заседании СПЧ при президенте России неожиданно вспомнили о Константине Пономареве. Приговоренный к 8 годам лишения свободы за манипуляции с правосудием, он хорошо известен уклонением от уплаты налогов и арбитражными атаками на множество компаний, в том числе и госкорпорацию «Кубаньэнерго». Правозащитник Бабушкин привел кейс Пономарева как иллюстрацию того, что амнистия капиталов работает против самих заявителей, подавших спецдекларации. Однако, внимательно изучив Федеральный закон «О добровольном декларировании…», можно сказать, что пример оказался крайне неудачным. В этом смысле правозащитнику скорее стоило говорить о совладельце компании «Усть-Луга» Валерии Израйлите.

На первый взгляд

Заседание СПЧ состоялось пару недель назад, и Андрей Бабушкин выступил уже ближе к концу мероприятия. Возможно, поэтому на встрече с главой государства правозащитник ограничился озвучиванием тезисов, а полную версию речи позднее выложил в своем блоге.

Так, на заседании совета Бабушкин попросил президента «взять под контроль амнистию капиталов», подчеркнув, что преследуется первый человек, который ею воспользовался, а именно Константин Пономарев. В блоге правозащитник углубился в детали случившегося с перечислением дат и номеров документов.

По данным общественника, Пономарев первым в России подал спецдекларацию, гарантирующую защиту от уголовного преследования за налоговые преступления. Случилось это 13 июля 2015 года, документ получил номер 97171307000001. Однако в июне 2017 года, как подчеркнул Бабушкин, в отношении фигуранта «было возбуждено уголовное дело по ч. 2 ст. 199 УК РФ за неуплату налогов в сумме 4,7 млрд рублей по сделкам 2010 года, прямо указанным в его спецдекларации». Отдельно правозащитник указал, что правоохранители изъяли последнюю и использовали ее как основное доказательство вины подсудимого.

Казалось бы, перечисленное действительно указывает на то, что Пономарева преследуют вопреки условиям амнистии капитала, прописанным в Федеральном законе № 140-ФЗ «О добровольном декларировании…», который был принят в начале июня 2015 года. Однако мимо внимания правозащитника прошло несколько важных обстоятельств, не позволивших Андрею Бабушкину рассмотреть ситуацию со всех сторон.

Спекуляции на декларации

Обстоятельство № 1. Упомянутую спецдекларацию Пономарев подал в июле 2015 года, то есть после того, как в его отношении в апреле 2015 года было возбуждено два уголовных дела по особо крупному уклонению от фискальных обязательств, а также работала выездная налоговая проверка. Первое дело возбудили по статье 198 УК РФ, предусматривающей наказание за неуплату налогов физлицом, второе — по статье 199 УК РФ, карающей за аналогичное преступление со стороны юрлица. Общая сумма предъявленных претензий превысила 8 млрд рублей.

Данный факт полностью исключает освобождение от уголовной ответственности, поскольку нарушен главный принцип добровольности, который закладывался в закон президентом РФ, а именно: побудить бизнес сообщать о капиталах, укрытых от налогообложения, добровольно до того, как пришли органы с проверкой. Иной подход или трактовка закона полностью меняли бы весь смысл президентской амнистии и открывали бы бесконечные возможности для мошенников.

Посыл Бабушкина о том, что декларацию изъяли и она стала основанием для возбуждений, очевидно, не соответствует действительности, поскольку ФНС и следствию все это и намного больше уже было известно.

Обстоятельство № 2. Известно, что адвокаты Пономарева апеллировали к амнистии капитала относительно своего подзащитного, настаивая на том, что в момент подачи спецдекларации указанные дела оказались закрыты. В самом деле, постановления о возбуждении уголовных дел были отменены 15 мая 2015 года постановлениями за подписью зампрокурора Москвы Козлова.

Вот только в них представитель надзорного ведомства ссылался на вердикты мирового судьи Наталии Богуновой, преступным образом инициированные самим Пономаревым. Приговоры Богуновой были успешно обжалованы, судья ушла в отставку, а Пономарев оказался на скамье подсудимых. Как результат, он был признан виновным по четырем эпизодам части 3 статьи 306 УК РФ «Заведомо ложный донос с искусственным созданием доказательств обвинения» и получил 8 лет колонии общего режима.

Если коротко, то суд установил, что фигурант специально инициировал против себя несколько уголовных дел, в которых был оправдан, чтобы создать преюдицию для закрытия налоговых уголовных дел. Этой временной передышкой он воспользовался, чтобы подать декларацию о налоговой амнистии.

Здесь уместно вспомнить ранее звучавшие комментарии управляющего партнера юридической компании «Щекин и партнеры», доцента кафедры предпринимательского права юрфака МГУ Дениса Щекина. Эксперт указывал на то, что Пономарев обошел запрет на злоупотребление правом и искусственно создал основания для закрытия уголовного дела в целях попасть под амнистию. «Например, если расследуется уголовное дело о неуплате налогов, то у человека нет права на амнистию. Но он, например, дает взятку следствию, я не говорю сейчас конкретно о Пономареве, и уголовное дело прекращается. В этот момент он срочно подает спецдекларацию и говорит: а я амнистирован, я в домике. Должен ли такой человек получить право на амнистию и освобождение от ответственности? Конечно же, нет», — констатировал юрист.

В настоящий момент из вердиктов мирового судьи Богуновой исключены выводы по налогам, а Пономарев снова является фигурантом уголовного дела по статье 199 (уклонение от уплаты налогов с организации в особо крупном размере), а также по статье 159 (мошенничество в особо крупном размере) в отношении «Кубаньэнерго».

Собственно, законодатель изначально не рассматривал институт амнистии капитала как способ избежать ответственности за выявленные ранее преступления. Как видно из дела Пономарева, они были. Да и сама декларация была подана не добровольно, о чем говорится в законе, а по вполне понятным теперь уже причинам.

Две разные истории

Учитывая все изложенное, нельзя не признать: фигурант манипулировал правосудием в своих интересах, пытаясь избежать наказания и создать условия для применения к себе принципов амнистии.

История Пономарева кардинально отличается от прецедента с совладельцем компании «Усть-Луга» Валерием Израйлитом. Этот предприниматель в начале 2016 года воспользовался амнистией капитала и как раз добровольно задекларировал свои активы. Однако по возвращении в Россию предприниматель был задержан ФСБ, которая предъявила ему множество обвинений. Израйлит стал фигурантом дела о крупных хищениях и с декабря 2016 года находится под арестом.

Что в итоге мы имеем? Уголовное дело Израйлита появилось после подачи спецдекларации, а не до нее, как в случае с Пономаревым. И в основу этого дела, как можно судить, легли именно сведения из документа, в отличие от пономаревского кейса, когда следствие вскрыло налоговые преступления до подачи фигурантом спецдекларации.

Кроме того, в деле Израйлита был нарушен важный принцип конфиденциальности, прямо указанный в законе. Налоговые органы не могли передавать данные декларации кому-либо. В случае с Пономаревым фигурант сам предоставил следствию зарегистрированную декларацию, чтобы избежать наказания. При этом следствие на нее никак не ссылается.

К слову, за месяц до заседания СПЧ Владимир Путин в очередной раз высказался по поводу амнистии капитала, потребовав следить за соблюдением норм закона в отношении воспользовавшихся ею бизнесменов. Как видится, в отношении Пономарева государственные органы соблюли все нормы, не дав фигуранту злоупотребить правом и избежать наказания.

Ранее правоведы предупреждали о вероятных последователях Пономарева, готовых использовать его методы по уходу от уголовной ответственности. Очевидно, что дискредитация подобными недобросовестными схемами важнейшего института амнистии капитала в итоге приводит к перегибам уже со стороны правоохранительных органов. А в результате страдают люди, добросовестно воспользовавшиеся гарантиями нового закона, в частности такие как Валерий Израйлит.