Экс-ректор университета осужден за прослушку подчиненных

Четвертый кассационный суд оставил в силе приговор бывшему ректору Астраханского государственного университета им. В.Н. Татищева (АГУ) и экс-председателю правительства Астраханской области Константину Маркелову¹Константин Маркелов (род. 1962) возглавлял правительство Астраханской области в 2005–2017 годах. После отставки руководил Астраханским госуниверситетом до 2023 года — сначала в качестве исполняющего обязанности, затем в должности ректора, организовавшему скрытую прослушку подчиненных. По материалам дела, он таким образом пытался выявить направлявших анонимные жалобы сотрудников.

Как выяснил Legal.Report, Маркелов, возглавив АГУ в 2018 году, спустя некоторое время инициировал «трансформацию» университета: упразднял факультеты, создавая на их базе институты, и проводил кадровые сокращения. Вскоре на него стали поступать анонимные жалобы в Минобрнауки, и ректор решил, что за ними стоят конкретные сотрудники. В ответ он поручил IT-специалистам вуза установить скрытое видеонаблюдение. В частности, в кабинете проректора по общим вопросам и комплексной безопасности Михаила Анишко появилась купольная камера с записью звука — устройство тайно разместили в потолочном перекрытии. Еще одну камеру установили в кабинете самого ректора, спрятав ее в рециркуляторе воздуха рядом с его рабочим столом. Доступ к записям и трансляции был только у Маркелова: он мог просматривать их удаленно, в том числе с мобильного телефона. Необходимость такого решения ректор объяснял тем, что ранее в его кабинет якобы проникали посторонние и получили доступ к телефону, после чего от его имени рассылались сообщения в мессенджере.

Вскоре прослушка, по версии следствия, дала результат. На одном из совещаний с подчиненными Маркелов заявил, что «вычислил» авторов жалоб, и в подтверждение стал цитировать разговор проректора по безопасности с начальником правового управления вуза. По словам ректора, у него была аудиозапись этой беседы, в которой собеседники обсуждали его возможное смещение и нелестно отзывались о нем и его сыне. Саму запись, впрочем, Маркелов присутствующим не представил.

Позднее Анишко рассказал, что Маркелов вызвал его к себе и стал зачитывать фразы из личного разговора, а затем включил аудиозапись беседы с коллегой. Разговор, по словам проректора, состоялся несколькими днями ранее в его служебном кабинете и касался как рабочих, так и частных тем — поэтому он сделал вывод, что запись велась скрытно, без посторонних. По словам Анишко, ректор обвинил его в анонимных жалобах и потребовал уволиться, однако получил отказ — разговор закончился конфликтом. На следующий день проректор взял больничный.

Вскоре в вуз пришли с проверкой сотрудники регионального УФСБ — поводом стало техническое переоснащение актового зала АГУ «Точка кипения». Работы по монтажу света и звука взялась выполнить частная фирма, а оплату ректор распорядился произвести за счет средств федеральной программы «Приоритет-2030». Контракт заключили на 513 тыс. рублей, хотя, по версии следствия, рыночная стоимость была значительно ниже. При этом подрядчик не уложился в сроки, однако акт приемки все равно был подписан. О ситуации, как следует из материалов дела, стало известно правоохранительным органам в том числе из обращений граждан.

В сентябре 2023 года Маркелов лишился должности ректора по приказу регионального министерства образования²В августе 2024 года, как сообщал «Коммерсант», Кировский районный суд Астрахани признал досрочное расторжение трудового договора незаконным и взыскал в пользу Маркелова более 1 млн рублей, а также проценты за задержку выплаты зарплаты (57,5 тыс. руб.) и компенсацию морального вреда — 10 тыс. руб. вместо запрошенных 365,5 тыс. руб.. Параллельно было возбуждено уголовное дело. Экс-ректора обвинили в двух эпизодах: по ч. 3 ст. 33, ст. 138.1 УК РФ — организация незаконного оборота специальных технических средств для негласного получения информации, а также по ч. 1 ст. 285 УК РФ — злоупотребление должностными полномочиями.

В сентябре 2024-го уголовное дело начали рассматривать в Ленинском районном суде Астрахани. Процесс растянулся на полгода, поскольку заседания неоднократно откладывались, главным образом из-за неявки свидетелей. В итоге суд признал Маркелова виновным и по совокупности эпизодов назначил ему штраф в 400 тыс. рублей с запретом занимать управленческие должности на три года.

В апелляции защита настаивала на отмене приговора и оправдании, указывая на игнорирование показаний свидетелей в пользу экс-ректора и искажение фактических обстоятельств. По версии адвокатов, решения о переносе оборудования в актовом зале АГУ принимались коллегиально, а работы были выполнены надлежащим образом. По эпизоду с прослушкой защита, ссылаясь на экспертизу, утверждала, что используемая техника не относится к специальным средствам негласного получения информации. Сам Маркелов заявлял, что камеры устанавливались в целях безопасности и противодействия коррупции, а личная жизнь проректора его не интересовала.

Прокуратура просила оставить приговор без изменения. Апелляционная инстанция поддержала эту позицию, признав доводы защиты несостоятельными и не обнаружив нарушений, способных повлиять на выводы суда.

Кассационная инстанция, рассмотрев жалобу Маркелова, согласилась с выводами нижестоящих судов. При этом Четвертый КСОЮ отдельно подчеркнул: ссылка на обеспечение безопасности или контроль за сотрудниками не исключает уголовной ответственности, которая наступает уже за сам факт организации установки специальных технических средств.

Приговор и апелляционное определение оставлены без изменения.

• 1
  Константин Маркелов (род. 1962) возглавлял правительство Астраханской области в 2005–2017 годах. После отставки руководил Астраханским госуниверситетом до 2023 года — сначала в качестве исполняющего обязанности, затем в должности ректора
• 2
  В августе 2024 года, как сообщал «Коммерсант», Кировский районный суд Астрахани признал досрочное расторжение трудового договора незаконным и взыскал в пользу Маркелова более 1 млн рублей, а также проценты за задержку выплаты зарплаты (57,5 тыс. руб.) и компенсацию морального вреда — 10 тыс. руб. вместо запрошенных 365,5 тыс. руб.