Изгнание «ильфов»

29 Фев 15.09 11120

Госкомпании отказываются от контрактов с иностранными юрфирмами

Фото: Shutterstock

Фото: Shutterstock

Год назад на заседании Совета Федерации Евгений Тарло, теперь уже бывший сенатор, призывал «рассмотреть вопрос деятельности иностранных юридических компаний на территории России». Его беспокоило, что передача им данных госкомпаний может быть опасна с точки зрения «государственной, военной и экономической тайн». Выступление имело резонанс, спикер палаты Валентина Матвиенко дала поручение двум комитетам — по обороне и безопасности и по госстроительству — изучить проблему.

Формальных решений об ограничениях для иностранцев принято не было. После исследования этого вопроса сенаторы пришли к выводу, что не стоит вводить ограничения для одних участников рынка и преференции — для других, рассказал Legal.Report статс-секретарь Федеральной палаты адвокатов Константин Добрынин, в тот момент занимавший пост сенатора. Но идеи Тарло — это всего лишь производная от настроений значительной части общества и немалого числа юристов, которые хотели бы ограничения контактов с Западом, особенно в условиях внешнеполитического конфликта, начавшегося после присоединения Крыма к России и ее участия в конфликте на юго-востоке Украины.

Поэтому редакция Legal.Report решила разобраться, что происходит в сфере «юридического госзаказа». Первое из серии исследований — это закупки десяти крупнейших по капитализации корпораций и банков с доминирующим участием государства. Этот выбор определен величиной их бизнеса и требованиями закона о раскрытии информации о контрактах, а также публичным статусом, в силу которого они должны следовать лучшим практикам корпоративного управления, включая скрупулезное соблюдение законодательства.

Конкуренция не в чести

Госкомпании много тратят на внешних юристов. ПАО «Сбербанк», например, в 2013-2015 годах израсходовало на эти цели 1,72 млрд руб., а ОАО «НК «Роснефть»» — 613,06 млн руб. Эти суммы наверняка могли быть и меньшими, если бы банк, возглавляемый Германом Грефом, и компания, во главе которой стоит Игорь Сечин, чаще прибегали к конкурентным способам подбора «юридических» контрагентов.

Борьба исполнителей позволяет заказчикам существенно экономить. Если взять круг закупок, которые были изучены L.R в рамках исследования, то в тех случаях, когда процедура была конкурентной, совокупная цена контрактов снизилась по сравнению со стартовой на 42% до 448 млн руб. Но «Сбер» и «Роснефть» подобной возможностью пользуются сравнительно редко. С единственным поставщиком были подписаны 70,8% контрактов у первого и 72% у второй. Представитель «Роснефти» отказался от комментариев. «Закупки услуг «Сбербанком» осуществляются на основании действующего законодательства и положений банка о закупках», — сказал сотрудник пресс-службы банка.

Не все госзаказчики избегают практики конкурентных закупок. «Газпром», например, покупал услугу у единственного поставщика только в 1,4% случаев. Поэтому совокупная стоимость его контрактов снизилась по сравнению со стартовой ценой на 35,5% до 253,45 млн руб. Представитель «Газпрома» обсуждать практику закупок отказался.

Эксперты считают, что реальной конкуренции в сфере юридических закупок крайне мало. Чаще это «что-то вроде театральной постановки, где в 90% всех интересных тендеров победитель известен заранее, а заказчику лишь остается набрать статистов, чтобы была красивая картинка в итоговом протоколе», — сказал L.R управляющий партнер адвокатского бюро «КИАП» Андрей Корельский. Однако в отдельных практиках, например государственно-частном партнерстве, тендерные закупки, по его мнению, могут быть вполне эффективны и конкурентны.

Известные и неизвестные

Заказчики далеко не всегда публикуют информацию о том, кто получает контракт, если закупка была проведена у единственного поставщика. На запросы L.R о предоставлении этой информации ответа в подавляющем большинстве случаев не последовало. Поэтому «рэнкинг победителей» основан на суженном объеме информации. Десятка лучших выглядит следующим образом:
 
Исполнитель Сумма контрактов, руб.
Clifford Chance CIS Ltd. 248 169 102
ООО «БРАНАН»[1] 141 600 000
Адвокатское бюро г. Москвы «Закон» 127 000 000
Международный правовой центр EUCON 111 664 000
Адвокатское бюро «Линия права» 104 250 000
Адвокатское бюро г. Москвы «Инфралекс» 101 652 500
Юридическая компания «Хренов и Партнеры» 100 310 000
Herbert Smith Freehills CIS LLP 96 287 654
ООО «Вымпел-Эксперт» 96 000 000
Адвокатское бюро «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры» 94 000 000

С точки зрения адептов рейтингования как лучшего и единственного способа определить расстановку сил на рынке юридических услуг, эта десятка выглядит странновато. С признанными лидерами соседствуют те, кто в рейтингах совсем не представлен.

К этим высотам консультантов привела разная тактика. Clifford Chance, например, как минимум 43 раза участвовала в тендерах и выиграла в 56% случаев, а «Закон» — всего лишь в двух, и оба раза успешно. Согласно обоим контрактам, «Сбербанк» возлагал на «Закон» обязанности по оказанию консультационных услуг. В Clifford Chance и «Законе» комментировать госконтракты отказались.

Если отсечь из этой десятки те компании, которые получили свое единожды-дважды, а часто на тендеры не ходят, то наибольший коэффициент успеха — более 80% — будет у юркомпании «Хренов и партнеры» и АБ «Инфралекс». Первая из них работает на рынке с 2003 года, пережила расставание основателей, Александра Хренова и Андрея Юкова, а вторая является новым игроком. Артем Кукин, Алексей Попов и Артур Рохлин — выходцы из юрфирмы «ЮСТ» — создали «Инфралекс» только в 2013 году. Обе компании обсуждать тему госзакупок отказались.

Адвокаты на контракте

Трижды встречаются среди победителей изученных тендеров индивидуалы-адвокаты. Это киприот Христос Константину (партнер C.Argyrou & Associates LLC), самарец Евгений Лаверычев и москвич Владимир Братищев. Константину получил от «Сбербанка» контракт на сумму 1 млн евро после проведения закупки у единственного поставщика. Подведение итогов состоялось 15 декабря 2014 года, когда курс евро достиг локального максимума. В перерасчете на рубли банк должен был заплатить адвокату 70,5 млн руб.

В случае с Лаверычевым тоже обошлось без конкурентных процедур. В 2014 году его контракты со «Сбером» потянули в совокупности на 14,5 млн руб., в 2015-м — на 25,6 млн руб. В 2014 году в его обязанности входило представительство в арбитражном суде поволжского подразделения «Сбербанка», в 2015-м — «оказание консультационно-юридических услуг». Лаверычев — известный в Поволжье адвокат, нередко участвующий в арбитражных процессах. Судя по Картотеке арбитражных дел, только в рассматриваемый период их было несколько десятков.

Братищев работал на ПАО «Объединенная авиастроительная корпорация». По сайту госзакупок известно о трех контрактах ОАК с ним. Их общая сумма составила 6,8 млн руб. Братищев представлял интересы ныне покойного сына главы администрации президента Сергея Иванова Александра, когда тот стал фигурантом уголовного дела, сбив насмерть в Москве на пешеходном переходе 66-летнюю Светлану Беридзе. Расследование было прекращено за отсутствием состава преступления. Следствие и прокуратура констатировали, что Иванов ехал на разрешающий сигнал светофора.

«Ильфы» vs «Рульфы»

Российские юристы часто сетуют на то, что на отечественном рынке наблюдается засилье иностранных фирм, которые буквально парализуют рынок российских юридических услуг. Связано это в первую очередь с тем, что происходит «выбор иностранного права и иностранной юрисдикции», а также проявляются «требования к услуге вместо требований к поставщику», считает управляющий партнер юркомпании «Пепеляев групп» Сергей Пепеляев.

Данные по рассматриваемому сегменту рынка юруслуг за 2013 год подтверждают эти заключения. Тогда «ильфы» заработали 370,9 млн руб., на 26% больше, чем «рульфы», а если учесть долю явно нерыночных контрактов, которые выигрывал консультант, отобранный без конкурса по непонятным причинам, то разрыв будет значительнее.

Позже ситуация изменилась. В 2014 году совокупная стоимость контрактов, выигранных иностранными компаниями в пропорции к победам «рульфов», составила 1:6 (83,03 млн руб. против 516,5 млн руб.), в 2015-м — 1:15 (41,19 млн руб. против 632,76 млн руб.). Даже если добавить все «анонимные» договоры в актив «ильфов», положение не сменится на противоположное.

Впрочем, возможно, связано это с тем, что крупнейшим российским госкомпаниям в последние два года не приходится заключать сделки M&А и проводить другие корпоративные операции, юридическое обеспечение которых — признанная вотчина зарубежных юрфирм. Кризис, куда от него денешься. Ситуация в российской экономике кардинально изменилась: если в 2013 году наблюдалось лишь ее замедление, то в 2014-2015 годах начался серьезный спад, произошло резкое падение курса рубля к доллару и евро, из-за внешнеполитических проблем страна оказалась отсечена от источников инвестиций.

В подготовке статьи принимали участие Яков Буровцев, Карина Ахтамова, Артем Раджабов, Татьяна Берсенева, Ольга Дьяконова, Дарья Семенова
 

[1] Согласно информации на официальном сайте «Роснефти», ООО «Бранан» было привлечено заказчиком для оказания «консультационных услуг в отношении вопросов проведения интеграции приобретаемых компанией предприятий, в том числе, но не ограничиваясь, по следующим блокам вопросов: корпоративное управление, корпоративная собственность, правовое сопровождение деятельности, сопровождение мероприятий по реорганизации, ликвидации, созданию предприятий, взаимодействию с государственными органами по соответствующим вопросам». Представители сторон воздержались от предоставления дополнительной информации, которая позволила бы классифицировать его точно, но поскольку со стороны «Роснефти» его акторами были руководители юридических подразделений компании, оно включено в исследование.

Рынок юридических услуг, Ильфы vs Рульфы, госзакупки, Роснефть, Сбербанк, Газпром, Clifford Chance, Хренов и партнеры, Инфралекс

Для добавления комментария необходимо авторизоваться.

Получать уведомления от «Legal.Report»