$ 63.75

€ 70.53

Как реагировать на американские санкции: опыт российских миллиардеров   

Мнения24.12.2018
24.12.20182788

Виктор Вексельберг. Фото:  пресс-служба администрации президента РФ

19  декабря стало известно, что Минфин США уведомил Конгресс о своем намерении прекратить санкции, наложенные на En+, UC Rusal и ОАО «ЕвроСибЭнерго» в течение 30 дней. Этот долгожданный для владельца компаний О. Дерипаски подарок последовал после 8 месяцев переговоров с ОFAC – главным администратором санкционных режимов США. Как известно, 6 апреля этого года О. Дерипаска вместе с рядом других олигархов (всего 36) – среди которых Вексельберг и И. Ротенберг  – был включен в санкционный список SDN list за “связь с режимом Путина”.

Можно сказать, что основанием для включения О. Дерипаски в так называемый кремлевский список, а затем в санкционный послужило решение американского суда от октября  2017 г. Американский суд отказал в удовлетворении исковых требований Олега Дерипаски к Associated Press о защите чести и достоинства (иск о диффамации). В суде обсуждались утверждения  Associated Press о  том, что  Манафорт, который возглавлял предвыборный штаб Трампа, лоббировал интересы Дерипаски  в США, и о нарушении Манафортом  Закона FARA (почему-то Дерипаска подумал, что его обвиняют в нарушении этого закона).  Второе утверждение, которое Дерипаска не смог доказать как клеветническое, касалось того, что Дерипаска связан с российской властью. Сам Манафорт, этот главный стратег Януковича и идеолог трампизма, 21 августа 2018 г. судом присяжных был признан виновным по двум из девяти пунктов по банковскому мошенничеству, по всем пяти пунктам обвинения в уклонении от уплаты налогов и по одному из четырех пунктов по уклонению от декларирования иностранных счетов. Поэтому решение американского суда о защите чести и достоинства против Associated Press практически явилось преюдициальным фактом для включения О. Дерипаски в санкционный список.

Но дьявол, как известно, кроется в деталях. Главный продукт компаний Дерипаски – алюминий, который в том числе необходим для американской промышленности. Поэтому  все 8 месяцев переговоров с OFAC общая лицензия для его компаний продлевалась неоднократно (4 раза), что позволяло продолжать  импортировать продукцию заводов олигарха и освобождала его партнеров от вторичных санкций. Также российское правительство не оставляло в беде компании миллиардера. Так, EN+ предложила правительству РФ избавить “Русал” от платежей по договорам на поставку мощности, повысив цены на электроэнергию для потребителей в Сибири на 12%. То есть за счет российских граждан Дерипаска хотел оплатить свои проблемы с американской юстицией.

Административный способ снятия санкций, которым воспользовались компании О. Дерипаски, закреплен в  31 SRF 501.807, что говорит о том, что субъект, включенный в санкционный список, имеет право направить запрос на исключение из оного списка, поскольку, как он полагает, оснований для включения недостаточно (insufficient), он также вправе предложить обеспечительные меры (remedies): выход из организации или увольнение из организации (компании), которая находится под санкциями.  Кроме этого, субъект, обладающий большой долей в санкционном предприятии, может предложить передачу этой доли другому неподконтрольному ему лицу.

На ранних этапах, по данным СМИ, был разработан план, состоящий из трех пунктов.  Они касались снижения доли Дерипаски в En+ ниже 50% (у предпринимателя было 70% акций компании, через En+ он, по сути, контролировал UC Rusal), его исключения из советов директоров холдинга En+ и алюминиевого концерна UC Rusal, а также замещения в них представителей Дерипаски абсолютным большинством независимых директоров. Дерипаска уже вышел из совета директоров En+ и дал письменные заверения, что не будет переизбираться в совет директоров UC Rusal, указано в материалах компании Mercury, которая лоббирует интересы Дерипаски в США. К тому же UC Rusal покинули гендиректор Александра Бурико и семь членов совета, номинированных российским бизнесменом. Из En+ ушел аффилированный с Дерипаской гендиректор Максим Соков.

В итоговом варианте формальным собственником акций Дерипаски в En+ станет ВТБ или иное утвержденное OFAC лицо. Акции принимаются для обеспечения исполнения кредитных обязательств компаний перед банком. При этом сам ВТБ уже давно находится под секторальными санкциями. Банку запрещено привлекать долговое финансирование в США сроком более 14 дней, однако обычные операции, в том числе фидуциарное управление активами, он может осуществлять, как и прежде.

Виктор Вексельберг, который также попал под санкции, пошел другим путем. 9 декабря сообщалось, что он подал петицию в Министерство юстиции США с требованием отменить ограничения против него. Но американское законодательство предусматривает ограниченный перечень видов обжалования. Кроме способа ведения переговоров по разблокировке активов, которым воспользовался О. Дерипаска, можно обжаловать попадание санкций “по ошибке”. Такой метод закреплен в 31 SRF 501.806. В статье сказано, что субъекту, попавшему под санкции,  необходимо направить на адрес OFAC запрос на разблокировку с полными идентификационными данными, и директор службы уполномочен вынести решения. Этот способ повторяет положения об исключении из санкционных списков Совета Безопасности ООН.  Но вряд ли этим способом воспользовался В. Вексельберг, поскольку доказать, что его фамилия написана с ошибкой, едва ли получится.

Последний способ – это запрос на получение  общих и специальной лицензии, но этот способ не является видом обжалования. Для  получения специальной лицензии в соответствии с 31-м Кодексом федеральных правил  501.801(b) необходимо составить запрос с указанием следующей информации:

– детальное описание конкретной сделки;

– контактные данные всех лиц, участвующих в сделке.

При предоставлении специальной лицензии компания обязуется предоставлять отчет по форме, предусмотренной специальной лицензией. В случае отказа в предоставлении лицензии, как и в случаях принятия отрицательного решения по запросам, упомянутых для первого и второго способа, обжаловать эти решения заявитель не вправе – внутриведомственная апелляция не предусмотрена. Но это получение возможности на проведение сделки, а не снятия заморозки с активов. Напомню, что банки заморозили счета Виктора Вексельберга на общую сумму в 2 миллиарда долларов. Поэтому г-н Вексельберг намерен судиться со швейцарскими банками UBSCredit Suisse и Julius Bär. Его адвокаты готовят иск на возмещение убытков в размере 200 миллионов франков из-за «заморозки» активов.

Какой все-таки способ выбрали юристы Вексельберга, пока остается неясным.

Судебный вариант обжалования санкций был выбран другим миллиардером, попавшим под санкции, – Валентином Гапонцевым.  3 декабря на рассмотрение Окружного суда округа Колумбия (г. Вашингтон) поступил иск В. Гапонцева и IPG Photonics Corporation против Минфина США и главы Минфина Стивена Мнучина. В иске В. Гапонцев и его компания просит принять меры по исключению его из санкционного списка, поскольку с 2001 г. он проживает в США, имеет американское гражданство, и весь бизнес у него также в этой стране, на этом основании он никак не связан с российской политической элитой, и необходимо считать ошибкой то, что российский “Форбс” включил его в список российских миллиардеров.

Как показывает опыт О. Дерипаски, решения американских судов выносятся не в пользу наших олигархов. И тому есть несколько причин. Во-первых, в ходе судебных заседаний через процедуру discovery (досудебное раскрытие информации) суду становятся известны дополнительные сведения, которые могут работать против позиции заявителей. Во-вторых, американские суды не склонны вмешиваться в деятельность independence agencies, к категории которых относится OFAC. Кроме этого, в отличие от европейских судебных инстанций (национальных судов, суда ЕС и ЕСПЧ), американские суды не связаны стандартами Европейской Конвенции по правам человека, поэтому ссылки на положительный опыт по исключению из санкций в европейских судах неприменим к американским кейсам.

Пока административный порядок снятия санкций с компаний (О. Дерипаска остается в санкционном списке) работает эффективнее, чем судебная защита. OFAC  открыт к диалогу, отвечает на вопросы и транспарентно координирует свои действия с заявителями, в то время как перспектива получения положительного результата для российских подсанкционных лиц в американских судах стремится к нулю.

——————–

Автор – кандидат юридических наук, доцент ВАВТ, эксперт по противодействию коррупции.