$ 65.6

€ 72.62

КС ввел ограничения на конфискацию автомобилей

Новости19.02.2019
19.02.20191632

Фото: Firestock

Конституционный суд РФ дал новое толкование положениям закона о госрегулировании производства и оборота алкоголя, указав на недопустимость “автоматического” изъятия и реализации в пользу государства автомобилей, на которых перевозится нелегальный алкоголь. Дело было рассмотрено КС в закрытом заседании без проведения слушаний.

Поводом для оценки положений закона «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции» стала жалоба менеджера по продажам из Санкт-Петербурга. В марте 2018 года ООО “Партнер”, сотрудником которого он является, было признано виновным по ч. 4 ст. 15.12 КоАП РФ (оборот алкогольной продукции или табачных изделий без маркировки). Юрлицу назначили наказание в виде штрафа в 200 000 руб. с конфискацией изъятой алкогольной продукции. Судья также постановил реализовать в порядке, установленном законодательством РФ, изъятый автомобиль «Валдай», принадлежащий лично менеджеру. Судья, сославшись на подпункт 6 п. 1 и п. 4 ст. 25 закона о госрегулировании, постановил, что автомобиль, использовавшийся для перевозки незаконного алкоголя, подлежит реализации и не может быть возвращен собственнику.

При этом в августе производство по делу об административном правонарушении по ч. 4 ст. 15.12 КоАП РФ, возбужденное в отношении менеджера на основании тех же фактических обстоятельств, что и дело в отношении ООО «Партнер», было прекращено в связи с отсутствием состава правонарушения.

Менеджер обратился в КС с жалобой на то, что подпункт 6 п. 1 и п. 4 ст. 25 закона о госрегулировании производства и оборота алкоголя не соответствуют Конституции РФ, так как допускают реализацию в пользу государства орудия совершения правонарушения – автомобиля, принадлежащего на праве собственности лицу, не привлеченному к административной ответственности за данное административное правонарушение и не признанному виновным в его совершении.

КС указал, что ч. 4 статьи 15.12 КоАП РФ во взаимосвязи с другими нормами КоАП РФ и положениями закона об обороте алкогольной продукции не предполагает возможности назначения за оборот нелегальной алкогольной продукции наказания в виде конфискации транспортных средств, используемых для перевозки такого алкоголя. При этом на данный состав правонарушения в полной мере распространяется правило о недопустимости конфискации орудия совершения или предмета правонарушения, принадлежащих на праве собственности лицу, не привлеченному к ответственности.

Вместе с тем КоАП РФ устанавливает, что для обеспечения производства по делу о правонарушении может производиться изъятие вещей, явившихся орудиями совершения или предметами правонарушения, не связывая возможность изъятия таких вещей с тем, находятся ли они в собственности лица, в отношении которого ведется производство по делу, или принадлежат другому лицу. При производстве по делу о правонарушении по ч. 4 ст. 15.12 КоАП РФ подлежат применению как положения ст. 27.10 КоАП РФ, так и положения ст. 25 закона о госрегулировании производства и оборота алкогольной продукции, предусматривающие изъятие из незаконного оборота алкогольной продукции, а также предметов, используемых для такого оборота, в том числе автомобилей, используемых для перевозки этой продукции. Это требует решения вопроса о судьбе указанных изъятых предметов.

В соответствии с КоАП РФ вопросы об изъятых вещах, если в отношении них не применено или не может быть применено наказание в виде конфискации, должны быть решены в постановлении по делу об административном правонарушении. При этом вещи, не изъятые из оборота, подлежат возвращению законному владельцу, а при неустановлении его передаются в собственность государства. Вещи, изъятые из оборота, подлежат передаче в соответствующие организации или уничтожению. Применительно к изъятию алкогольной и спиртосодержащей продукции, а также предметов, используемых для ее незаконного производства или оборота, КоАП РФ отсылает к специальным правилам, установленным законом о госрегулировании производства и оборота алкоголя. Согласно этому закону, изъятию из незаконного оборота на основании решений уполномоченных органов и должностных лиц подлежит автомобильный транспорт, используемый для перевозок нелегальной алкогольной продукции. Изъятый и конфискованный транспорт по решению суда подлежит реализации в порядке, установленном правительством РФ (до настоящего времени постановление по данному вопросу не принято).

КС отметил, что, как свидетельствуют материалы данного дела, в правоприменительной практике положениям закона о госрегулировании производства и оборота алкоголя в ряде случаев придается смысл, согласно которому на основании данных норм не подлежит возврату собственнику – физическому лицу автомобильный транспорт, используемый для перевозки алкогольной продукции, находящейся в незаконном обороте, который был изъят в рамках производства по делу по ч. 4 ст. 15.12 КоАП РФ в отношении юридического лица, поскольку такой автомобильный транспорт должен быть реализован в установленном порядке.

Несмотря на то, что ст. 25 закона о госрегулировании оборота алкоголя по ее буквальному пониманию содержит указание на изъятие из незаконного оборота автотранспорта, используемого для перевозки нелегального алкоголя, очевидно, по мнению КС, что сами по себе соответствующие транспортные средства не могут рассматриваться как изъятые из оборота только в силу того, что в них хранилась или перевозилась продукция, которая была произведена и находилась в обороте с нарушением установленных требований. Соответственно, такие транспортные средства не могут расцениваться как не подлежащие возвращению собственнику на данном основании в силу п. 2 ч. 3 ст. 29.10 КоАП РФ.

При таком подходе единственным обстоятельством, обусловливающим лишение лица принадлежащего ему транспортного средства, выступает его использование для совершения административного правонарушения, что, по сути, превращает такое лишение в санкцию для собственника транспортного средства. Вместе с тем, даже если собственник транспортного средства фактически осознавал и допускал, что принадлежащее ему транспортное средство используется для перевозки продукции, находящейся в незаконном обороте, он не может рассматриваться как правонарушитель в рамках дела об административном правонарушении в отношении другого лица.

Целью положений КоАП РФ, устанавливающих принципы административной ответственности и регламентирующих производство по делу об административном правонарушении, является установление обстоятельств правонарушения и вины лица, в отношении которого ведется производство, или ее отсутствия. Собственник орудия совершения правонарушения, если он не является лицом, привлекаемым к административной ответственности, лишен возможности полноценной судебной защиты своих прав. КоАП не только не требует его привлечения в какой-либо форме к участию в производстве по делу, но и делает возможное его участие бессмысленным, поскольку не предполагается выяснение того, какое отношение собственник орудия имеет к этому правонарушению.

Следовательно, в действующей системе правового регулирования лишение собственника принадлежащего ему транспортного средства, которое использовалось для перевозки нелегального алкоголя, приводило бы к несоразмерному ограничению его конституционных прав.

При этом федеральный законодатель не лишен возможности установить административную ответственность собственника транспортного средства за предоставление его другому лицу для заведомо противоправной деятельности, включая конфискацию такого транспортного средства, применительно к сфере оборота алкогольной продукции как особой сфере государственного регулирования.

КС постановил признать оспариваемые положения закона о госрегулировании алкоголя не противоречащими Конституции. Он указал, что данные нормы не могут рассматриваться как допускающие реализацию изъятого при производстве по делу о незаконном обороте алкоголя в отношении юрлица автомобиля, используемого для перевозки такой продукции, в случае, когда его собственником является лицо, не привлеченное к административной ответственности за данное правонарушение и не признанное в судебном порядке виновным в его совершении.

Правоприменительные решения по вопросу об изъятом транспортном средстве, принадлежащем заявителю, в истолковании, расходящемся с их конституционно-правовым смыслом, выявленным в настоящем постановлении, подлежат пересмотру в установленном порядке.