Можно ли защитить судью от искусного шантажа?

Новости20.04.2019
20.04.20194087

Фото: Pixabay

Адвокаты часто в шутку делятся такой присказкой: спорят перед судебным заседанием гособвинитель и адвокат – стена напротив синяя или голубая. Кто прав? Ну, ответит слушатель: нужно самому видеть стену, чтобы сделать вывод. Оказывается, нет. И ответ куда проще, чем у нашумевшего платья с сине-золотым оттенком. Прав всегда прокурор. Эта история отражает сложившееся отношение к доводам участников процесса в российском суде, пишет управляющий партнер «Центра содействия бизнесу» Александр Ильюшенко. Но все чаще опытные адвокаты и их состоятельные клиенты прибегают к приемам, известным в США как litigation PR – фактически шантаж суда с помощью развернутой кампании в медиа. Причем не только по уголовным делам, когда приходится противостоять гособвинению, но и по гражданским, где спор идет с таким же частным лицом.

Известного и раскрученного адвоката порой нанимают, руководствуясь не количеством выигранных им процессов, а медийностью – любое его заявление сразу становится информационным поводом, которое расходится по десяткам СМИ. Такие юристы комментируют громкие дела с участием звезд и высокопоставленных клиентов, формируя общественное мнение. Если это сопровождается грамотной стратегией юридической защиты, то шанс на нужное решение заметно повышается. Потому что, в отличие от Фемиды с повязкой на глазах, судья является таким же обычным человеком, который слушает радио, листает новостные ленты и смотрит телевизор.

Есть и другая сторона litigation PR, которую можно назвать «черной», – чтобы формально не попасть под действие ст. 294 УК РФ («Воспрепятствование осуществлению правосудия»), привлекается не участвующий в процессе, но раскрученный адвокат. И он начинает громогласную «кампанию по обелению», заявляя о сплошной коррупции в конкретном суде и, скажем мягко, необъективности председательствующего в процессе судьи. В любом деле есть две стороны – победившая, которая после вынесения решения обычно молчит, и недовольная вердиктом проигравшая. Найдя пару-тройку участников, проигравших процессы (сделать это проще простого благодаря открытости – информация предоставлена на сайтах судов) с участием этого судьи, выставляют их как жертв произвола. Далее скандальное «разоблачение коррупции» на коммерческой основе тиражируется в СМИ (бюджет такой кампании составляет от пары миллионов рублей для электронных изданий до более десятка, если «заказывается» телевидение), после чего адвокат заходит к судье с предложением, от которого сложно отказаться: хотите, чтобы вас прекратили поливать грязью? Тогда сделайте нужные выводы.

Схема идеальна тем, что такая манипуляция общественным мнением не давление на суд – адвокат не участвует в процессе с участием данного судьи. Более того, он даже лично не причастен к заказным публикациям в СМИ, так что закон он формально не нарушает. Сами публикации написаны так, что не тянут на клевету. Наконец, мало кто устоит перед искусом, когда твое имя полощется в интернете. Помимо репутационных исков это еще и заметное недовольство руководства. Вуаля, litigation PR в действии и заказчик получает нужное решение. Разумеется, речь идет не о рядовых гражданах, у которых просто нет десятков миллионов рублей на известных адвокатов и развернутую кампанию в СМИ, а о крупном бизнесе.

Именно поэтому в большинстве развитых стран существует серьезная ответственность за «скандализацию правосудия». Речь идет не про объективную критику судьи или состязательность в процессе, а именно про такие кампании, цель которых – вымогательство нужного решения с помощью манипуляции общественным мнением. Например, в Великобритании эти действия грозят штрафом в 2,5 тысячи фунтов или арестом до одного месяца. Во Франции размер штрафа составляет 7,5 тысячи евро.

– В Российской Федерации ответственность за «скандализацию правосудия» отсутствует, в результате чего судьи, скованные этическими нормами, оказываются практически беззащитными перед лицом лжи, распространяемой недобросовестными средствами массовой информации, – заявил пару месяцев назад в ходе заседания клуба имени Замятнина секретарь пленума Верховного суда, глава совета судей Виктор Момотов. – Однако без уважения к суду невозможно обеспечить подлинную судейскую независимость. Отсутствие адекватного ответа на откровенное давление, оказываемое на правосудие, ведет к крайне негативным последствиям для правопорядка.

К слову, выступление Виктора Момотова вызвало широкое обсуждение среди адвокатов и правозащитников. Некоторые эксперты поторопились заявить о «цензуре» и попытке «заткнуть рот адвокатам». Бесспорно, объективность правосудия в России часто оставляет желать лучшего. Но ничуть не лучше ситуация, когда крупный бизнес с помощью медийный адвокатов и проплаченных публикаций вынуждает судью принять незаконное, но нужное ему решение. Как суду защищаться от такого давления, если оно не попадает под ст. 294 УК РФ? Действующее российское законодательство (в отличие от западного, где никто не заявляет о подобной цензуре) такого механизма не дает.

Распространенность давления на суд через заказные кампании в СМИ отметил и президент России Владимир Путин. Выступая на съезде судей в Москве в феврале 2016 года, глава государства подчеркнул: «Проигравшие в судебном процессе нередко продолжают состязаться и после вступления решения суда в законную силу – организуют давление на суд по всем каналам, включая заказные информационные кампании, не жалеют эпитетов и черных красок не только в отношении конкретного судьи или конкретного суда, но и в отношении всей судебной системы».

Не нарушая права на свободу слова и открытость судебного разбирательства, уточнил Путин, необходимо максимально исключить подобные случаи корыстного манипулирования общественным мнением.

А теперь конкретные примеры. В декабре 2012 года накануне заседания Высшей квалификационной коллегии судей России, в повестке которого был вопрос о продлении полномочий председателя Челябинского областного суда Федора Вяткина, в интернете появились «разоблачающие» публикации о якобы связях судьи с криминальной группировкой «Калининская семья». Обвинения прозвучали даже в эфире передачи «Человек и закон». Громко заявленная информация о криминальных связях оказалась фейком, а заказчиком кампании, как выяснил Следственный комитет РФ, являлся сотрудник правительства Челябинской области. Так как обвинения звучали не анонимно, а от конкретных людей, было возбуждено уголовное дело о клевете. Впоследствии суд обязал «Человек и закон» опровергнуть информацию о криминальных связях Федора Вяткина, но репутация оказалась подмоченной, и его не переутвердили на пост председателя областного суда.

Следующая история прогремела на всю страну – только ленивый не написал про свадьбу за 2 млн долларов дочери судьи Краснодарского краевого суда Елены Хахалевой. Многочисленные проверки показали, что свадьба стоила в сотню раз дешевле, а 2 млн долларов, или почти 130 млн рублей, за один вечер просто невозможно потратить в ресторане Краснодара, даже учитывая звездных гостей. Когда тема со свадьбой улеглась, начали раскручивать вопрос о дипломе судьи Хахалевой. Ректор Сухумского государственного университета (Тбилиси) Зураб Хонелидзе подтвердил, что она училась в вузе и получила диплом. Из-за того, что на момент окончания университета Грузия стала другим государством, Елена Хахалева еще до того, как стать судьей, повторно окончила юрфак уже в Краснодаре, но СМИ продолжают тиражировать фейковую новость. Как заявила сама судья Хахалева, кампанию против нее заказал крупный бизнес, шантажируя таким образом на принятие нужного решения. Кстати, один из экспертов оценил кампанию против судьи Хахалевой.

А вот свежий пример litigation PR, вызывающий разве что улыбку: на днях ТВЦ рассказал о главном редакторе интернет-издания «Своя колокольня» из Рязани Михаиле Комарове, который обвинил судью Таганского районного суда Москвы в «излишней сексуальности». Журналист даже написал обращение к председателю Верховного суда России Вячеславу Лебедеву, обратившись «как мужчина к мужчине» – мол, из-за привлекательного внешнего вида судьи он не смог сконцентрироваться на процессе. Звучит абсурдно, но новость разошлась по СМИ, и хотя она не содержит в себе клевету или формальное давление на суд, вряд ли кто-то захочет оказаться на месте обсуждаемой судьи.

Очевидно, что проблема с манипулированием общественным мнением для давления на суд стала реальностью в России. Также очевидно, что нанимать медийных адвокатов или оплачивать выпуски новостей могут только очень состоятельные клиенты, рассчитывающие с помощью нужно судебного решения окупить понесенные затраты. Вот только вряд ли вынесенные под таким давлением решения можно назвать законными. Но механизмов, позволяющих судье защититься от искусного шантажа, в нашей стране нет.

    Serhio Olodov

    25 апреля 2019 at 16:13

    А нельзя ли для подтверждения ваших слов выложить сведения — дату назначения Хахалевой на должность судьи, и дату выдачи диплома об окончании ВУЗа в Краснодаре. И нельзя ли указать тот приговор (дату, номер дела и наименование суда, который обязал «Человек и закон» опровергнуть информацию о криминальных связях Федора Вяткина. По вашему мнению ВККС такая легковерная организация, которая верит россказням? Если последнее, то это явное неуважение к судебной системе РФ и ее органу — ВККС!