Осужден первый из преступного тандема арбитражных судей

Новости24.01.2020
24.01.20203734

Фото: Pixabay

В Алтайском крае вынесен приговор судье краевого арбитража в отставке 44-летнему Руслану Тэрри, который с подачи знакомого юриста подкупил своего коллегу и бывшего помощника Владислава Колесникова, рассматривавшего спор с ФНС на сумму более 40 млн рублей. Тэрри признан виновным по ч. 4 ст. 291.1 УК РФ (посредничество во взяточничестве в особо крупном размере). Процесс над Колесниковым еще продолжается.

В 2017 году, как следует из материалов дела, в производстве судьи АС Алтайского края Колесникова находилось дело по заявлению ОАО «Кубанка» к межрайонной ИФНС № 10 по Алтайскому краю. Агрохолдинг оспаривал отказ в возмещении НДС на сумму в 38,1 млн рублей, а также доначисление налогов и штраф на общую сумму более 3,5 млн. В мае того же года представитель «Кубанки», юрист, предложил бывшему арбитражному управляющему ОАО, тоже юристу, Алексею Долгову подкупить Колесникова за 1 млн рублей. Тот, в свою очередь, попросил содействия у Тэрри. Оба были знакомы, так как ранее судья рассматривал налоговый спор с участием «Кубанки».

Тэрри согласился и лично сторговался с Колесниковым, который до получения мантии долгое время работал его помощником в арбитраже, на сумму в 800 000 рублей. Колесников получил эти деньги вскоре после решения в пользу «Кубанки». Долгов и Тэрри как посредники забрали себе 1,5 млн и 700 тыс. рублей соответственно. В дальнейшем судебное решение не устояло в апелляционной и кассационной инстанциях. А сами судьи попали в поле зрения УФСБ.

В декабре 2018 года Тэрри ушел в отставку. Алтайская ККС, удовлетворив его заявление, также привлекла судью к дисциплинарной ответственности в виде предупреждения. После этого глава СКР Александр Бастрыкин обратился в ВККС с представлением о возбуждении уголовных дел в отношении Тэрри и Колесникова — по ч. 4 ст. 291.1 (посредничество во взяточничестве) и п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ (получение взятки) соответственно. Оно было удовлетворено в апреле прошлого года.

В ходе предварительного следствия все трое подельников признали свою вину. Долгов заключил досудебное соглашение о сотрудничестве и активно изобличал соучастников. В сентябре прошлого года он был приговорен к 4 годам лишения свободы условно с выплатой штрафа в размере 75 млн рублей.

Железнодорожный районный суд Барнаула приговорил Тэрри к 7 годам колонии строгого режима со штрафом в 30 млн рублей. В обеспечение приговора следователем ранее был наложен арест на имущество осужденного на сумму более 3 млн рублей.

Уголовное дело Колесникова рассматривается в том же суде.

Тэрри в 2000 году окончил Алтайский госуниверситет по специальности «юриспруденция». С 2001 года работал специалистом, помощником судьи АС Алтайского края. В 2005 году был назначен судьей арбитража. Имеет второй квалификационный класс судьи.

Колесников в 1997 году окончил технический вуз, в 2005 году — Алтайский филиал Сибирской академии госслужбы по специальности «юриспруденция». В 2005–2014 годах был помощником Тэрри. Назначение судьей получил в 2015 году. Имеет пятый судейский квалифкласс.

    Алексей Полянский

    24 января 2020 at 12:25

    Несмотря на наличие данных, указывающих на признаки преступления судей, прокуроров и следователей, в России, по надуманным предлогами практически не возбуждаются в отношении их уголовные дела. Прилагаю одно из заявлений о преступлении судьи.
    Председателю следственного комитета
    А.Бастрикину

    Полянского Алексея Семёновича
    г. Кропоткин, ул. Гагарина 242.
    Краснодарский край. 352380.

    Заявление о ПРЕСТУПЛЕНИИ
    судьи городского суда г. Кропоткина Волошина, заместителя прокурора г. Кропоткина Ситливого, следователя прокуратуры Фурлет, государственного защитника Андрусяк, прокурора г. Кропоткина Шепель и председателя городского суда г. Кропоткина.

    В связи с моим требованием о привлечении к уголовной ответственности прокурора г. Кропоткина Шепель, в отношении меня было сфальсифицировано 25 декабря 2006г. уголовное дело. Уголовное дело было сфальсифицировано для того, чтобы иметь основание поместить меня в психиатрический стационар, где по «просьбе» прокурора Краснодарского края и заместителя генерального прокурора Российской Федерации меня должны были признать психически больным. Отец прокурора г. Кропоткина Шепель был заместителем генерального прокурора Российской Федерации, а его мать – заместителем председателя краевого суда Краснодарского края.

    20 февраля 2007г. следователь Фурлет вызвал меня в прокуратуру и сообщил, что в отношении меня возбуждено уголовное дело в связи с клеветой в отношении судьи Кузнецова. Заявив, что я обвиняемый, и должен пройти психиатрическое обследование в психиатрической больнице г. Краснодар. От требований следователя Фурлет пройти психиатрическое обследование в психиатрической больнице г. Краснодар я отказался, заявив, что я работаю и в связи со своими должностными обязанностями, ежегодно прохожу, медицинское освидетельствование с участием врача психиатра, так как от моих действий зависит жизнь людей и безопасность движения поездов.
    Сообщение следователем Фурлет, что в отношении меня возбуждено уголовное дело в связи с клеветой в отношении судьи Кузнецрва за 5 дней до окончания предварительного следствия, является одним из доказательств, что предварительное следствие вообще не проводилось.

    12 марта 2007г. я был повторно вызван в прокуратуру, где следователь Фурлет заявил, что я не обвиняемый, а подозреваемый и он направляет меня принудительно в психиатрический стационар.
    13 марта я прошёл обследование у 2х разных психиатров г. Кропоткина, которые дали заключение, что я психически здоров.
    Для того чтобы направить меня в психиатрический стационар, где меня должны были признать психически больным, у следователя Фуолет возникли сомнения в моей вменяемости.
    У психиатров, при моём обследовании, таких сомнений не возникало.
    В соответствии п.1 ч.1 ст.195 УПК РФ, признав необходимым назначение судебной экспертизы, следователь выносит об этом постановление, а в случаях, предусмотренных пунктом 3 части второй статьи 29 настоящего Кодекса, возбуждает перед судом ходатайство, в котором указываются основания назначения судебной экспертизы.
    а. До 25 февраля 2007г. следователь Фурлет не вынес постановления необходимости назначения судебной экспертизы.
    Постановление о назначении судебно-психиатрической экспертизы было вынесено 12 марта 2007г. (прил.1).
    б. До 25 февраля 2007г. следователь Фурлет не вынес постановление о возбуждении перед судом ходатайства о помещении меня в психиатрический стационар, для производства судебно-психиатрической экспертизы.
    Постановление о возбуждении перед судом ходатайства о помещении меня в психологический стационар, для производства судебно-психиатрической экспертизы было вынесено 12 марта 2007г. (прил.2).

    То, что уголовное дело от 25 декабря 2006г. было сфальсифицировано для придания законности помещения меня принудительно в психиатрический стационар, служит то, что когда не получилось спрятать меня в дурдоме, данное уголовное дело закрыли в связи с отсутствием состава преступления.

    Согласно ч.ч.2, 3 ст.162 УПК РФ, в срок предварительного следствия включается время со дня возбуждения уголовного дела и до дня его направления прокурору с обвинительным заключением или постановлением о передаче уголовного дела в суд для рассмотрения вопроса о применении принудительных мер медицинского характера либо до дня вынесения постановления о прекращении производства по уголовному делу. В срок предварительного следствия не включается время, в течение которого предварительное следствие было приостановлено по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом.
    1. До 25 февраля 2007г. мне не было предъявлено обвинение.
    2. До 25 февраля 2007г. не было вынесено постановление о передаче уголовного дела в суд для рассмотрения вопроса о применении, в отношении меня, принудительных мер медицинского характера.
    3. До 25 февраля 2007г. не приостанавливалось предварительное следствие.

    Руководствуясь ч.1 ст.162 УПК РФ уголовное дело возбуждённое 25 декабря 2006г. должно было быть прекращено 25 февраля 2007г.

    Постановления о назначении судебной экспертизы и о возбуждении перед судом ходатайства о помещении меня в психологический стационар, для производства судебно-психиатрической экспертизы вынесенные следователем Фурлет 12 марта 2007г. НЕ ОСНОВАНО НА ЗАКОНЕ.

    В соответствии с требованиями пункта 3 статьи 196 УПК РФ по каждому уголовному делу назначение и производство судебно-психиатрической экспертизы обязательно, если необходимо установить психическое состояние подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, когда возникает сомнение в его вменяемости или способности самостоятельно защищать свои права и законные интересы в уголовном судопроизводстве.

    Руководствуясь ч.7 ст. 14 Закона РФ «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании», обоснованного основания вынести постановление о возбуждении перед судом ходатайства о помещении меня в психологический стационар, для производства судебно-психиатрической экспертизы у следователя Фурлет не было.
    Чтобы стать основанием для назначения экспертизы, сомнение в психической полноценности должно быть обоснованным, т.е. действительно вызываться установленным в ходе производства по делу фактическим обстоятельствам.
    В качестве обстоятельств такого рода выступают, прежде всего, данные, согласно которым участник процесса в прошлом уже обследовался психиатром, и последний диагностировал психическое расстройство.
    С 1976г. я ежегодно проходил мед. комиссию с участием врача психиатра. Врач психиатр не разу не диагностировал мне психическое расстройство. Об этом указано и в постановление о возбуждении перед судом ходатайства, о помещении меня в психиатрический стационар, для производства судебно-психиатрической экспертизы от 12 марта 2007г.

    Ко второй группе обстоятельств, ставящих под сомнение психическую полноценность подозреваемого, относятся данные об особенностях его поведения, которые являются возможными свидетельствами болезни. (Нелепые высказывания, немотивированный приступ возбуждения, припадки).
    Следователь Фурлет не мог ставить под сомнение мою психическую полноценность, так как в моём поведении не было нелепых высказываний, и не было немотивированных приступов возбуждения.

    Руководствуясь ч.7 ст. 14 Закона РФ «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании», странности и нелепости в поведении лица, наблюдаемые во время следственных действий, должны быть кратко отражены в постановлении о возбуждении перед судом ходатайства о помещении меня в психиатрический стационар.
    В нарушении ч.7 ст. 14 Закона РФ «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании» в постановлении о возбуждении перед судом ходатайства о помещении меня в психиатрический стационар, для производства судебно-психиатрической экспертизы следователь Фурлет не указал, в чем заключается моё неадекватное поведение и в чём заключается моя невменяемость.

    Прохождение ежегодного медицинского обследования с участием врача психиатра, т.к. по долгу своей работы мне доверена жизнь людей, и безопасность движения поездов, не дают основания следователю Фурлет вынести постановление о возбуждении перед судом ходатайства о помещении меня в психиатрический стационар, для производства судебно-психиатрической экспертизы.

    Постановление о возбуждении перед судом ходатайства о помещении меня в психиатрический стационар, для производства судебно-психиатрической экспертизы вынесено следователем Фурлет, не на основании закона.

    20.03.07г. состоялся чрезвычайный, закрытый суд для решения о направлении меня, принудительно, в психиатрический стационар, созданный не на основании закона.

    До заседания суда я был взят под стражу.
    Здание суда было окружено ОМОНОМ в количестве 20 человек. Мои знакомые, коллеги по работе, мой защитник и мой законный представитель были вытолканы за оцепление ОМОНОВЦЕВ.
    В нарушении Ч.1 ст.123 Конституции РФ, ст.241 УПК РФ, суд был закрытым.
    В заседании суда не могла разглашаться государственная тайна, не стоял вопрос о половой свободе, не разглашались сведения об интимных сторонах жизни. Открытое судебное заседание не угрожало безопасности участникам судебного разбирательства и их родственникам.
    В нарушении ч.3 ст. 241 УПК РФ, уголовное дело в закрытом судебном заседании не рассматривалось с соблюдением норм уголовного судопроизводства.

    1.
    В протоколе судебного заседания (прил.3) предоставлена заведомо ложная информация о том, что заседание суда началось в 09 часов 30 минут и заявлений и ходатайств не поступило.
    1. Судебное заседание началось в 10 часов 10 минут.
    2. Я заявлял ходатайство об отводе заместителя прокурора г. Кропоткина Ситливого и адвоката Андрусяк.
    3. Я заявлял ходатайство о допуске моего доверенного лица, защитника и свидетелей.
    4. Я заявлял ходатайство о приобщении к делу:
    — решение суда о признании прокурора Ситливого виновным в нарушении моих прав и свобод (прил.4).
    — характеристику с места работы (прил.5),
    — почётную грамоту, выданную администрацией города в августе 2006г. (прил.6),
    — заключение 2х врачей психиатров (прил.7).
    — справку из поликлиники (прил.8), где было сказано, что я с 1976г. прохожу ежегодное медицинскую комиссию с участием врача психиатра, где записано, что я психически здоров.
    Я не ознакомился вовремя с протоколом судебного заседания в связи с тем, что я находился в больнице. Замечания по протоколу судебного заседания у меня не приняли в связи с тем, что я не уложился в срок подачи.
    Нахождения меня в больнице, сразу же после заседания суда, подтверждаются: справкой психиатрической больницы (прил.8), куда я был доставлен, в нарушении Постановления Конституционного суда от 2 июля 1998 г. N 20-П и ст.391 УПК РФ и больничными листами (прил.9, 9а, 9б).
    2.
    Требованием ч.2 ст.61 УПК РФ, прокурор не может участвовать в производстве по уголовному делу также в случаях, если имеются иные обстоятельства, дающие основание полагать, что он лично, прямо или косвенно, заинтересован в исходе данного уголовного дела.
    В соответствии с п.10 ч.1 ст.448 УПК РФ, решение о возбуждении уголовного дела в отношении лица, указанного в ч.1 ст.447 настоящего Кодекса, либо о привлечении его в качестве обвиняемого, если уголовное дело было возбуждено в отношении других лиц или по факту совершения деяния, содержащего признаки преступления, принимается вышестоящим прокурором на основании заключения судьи районного суда по месту совершения деяния, содержащего признаки преступления (п.10 в ред. Федерального закона от 29.05.2002г. № 58-ФЗ).
    Постановлением суда от 04 декабря 2006г. заместитель прокурора Ситливый был признан виновным в нарушении моих прав, предусмотренных ст.ст.144, 145 УПК РФ (Отказ предоставить информацию).
    Руководствуясь ст.140 УК РФ, неправомерный отказ должностного лица в предоставлении собранных в установленном порядке документов и материалов, непосредственно затрагивающие права и свободы гражданина является преступлением.
    В Российской Федерации использование психиатрии для избавления от неугодных для власти граждан России, является нормой.
    Моё требование о привлечении заместителя прокурора Ситливого и прокурора Шепель к уголовной ответственности явилось поводом для фальсификации в отношении меня уголовного дела для направления меня в психиатрический стационар, где меня должны были признать психически больным.
    В соответствии со ст.61 УПК РФ, заместитель прокурора Ситливый не имел права участвовать в судебном заседании, так как он лично был заинтересован в исходе данного дела.
    Постановлением суда от 04 декабря 2006г. заместитель прокурора Ситливый был признан виновным в нарушении моих прав, предусмотренных ст.ст.144, 145 УПК РФ (прил.4) и был лично заинтересован в исходе данного дела.
    Согласно ч.2 ст. 441 УПК РФ, судебное следствие начинается с изложения прокурором доводов о необходимости применения к лицу, которое признано невменяемым или у которого наступило психическое расстройство, принудительной меры медицинского характера.
    В нарушение положений ч.2 ст.441 УПК РФ в начале судебного следствия, как видно из протокола судебного заседания, прокурором не были изложены доводы о необходимости применения ко мне принудительной меры медицинского характера.
    Заместитель прокурора Ситливый не указал, в чём выражается моё неадекватное поведение и на основании чего у следователя возникли сомнения в моей невменяемости.
    Суд, созданный для рассмотрения вопроса о помещении меня в психиатрический стационар с участием заместителя прокурора Ситливого, который был лично заинтересован в исходе данного дела, руководствуясь ст.61 УПК РФ, создан не на основании закона.
    3.
    Также не были изложены доводы о необходимости применения ко мне принудительной меры медицинского характера старшим следователем прокуратуры г. Кропоткина Фурлет. Фурлет не объяснил суду, в чём выразилось моё неадекватное поведение и на основании чего у него возникли сомнения в моей невменяемости.
    4.
    В нарушение положений ст.437 УПК РФ в судебном заседании, как видно из протокола судебного заседания, не участвовал мой законный представитель Полянская Л.Н., вопрос о возможности рассмотрения дела в ее отсутствии в судебном заседании не обсуждался. Моего законного представителя в судебное заседание не допустили.
    Необходимо отметить, что следователем и прокурором было игнорировано право на участие моего законного представителя в стадии предварительного расследования.
    Закрепленное в части первой статьи 437 УПК Российской Федерации правило о привлечении на основании постановления следователя или суда законного представителя лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительных мер медицинского характера, к участию в уголовном деле служит важной гарантией прав лиц, не способных (или недостаточно способных) самостоятельно участвовать в судопроизводстве в силу наличия у них психического расстройства. Использованная федеральным законодателем формулировка «законный представитель привлекается к участию в уголовном деле» является императивным по своему характеру предписанием, которое исключает осуществление производства о применении принудительных мер медицинского характера без участия в уголовном деле законного представителя, равно как статья 438 УПК Российской Федерации не допускает рассмотрение этой категории дел в отсутствие защитника. Данный вывод подтверждается и положениями частей третьей и шестой статьи 439, частей первой и третьей статьи 445 УПК Российской Федерации, предусматривающими обязанность следователя и суда в ходе производства по каждому делу о применении принудительных мер медицинского характера представлять процессуальные документы законному представителю. Следовательно, часть первая статьи 437 УПК Российской Федерации, предусматривающая в системном истолковании с другими нормами данного Кодекса обязательное участие в производстве о применении принудительных мер медицинского характера законного представителя лица, в отношении которого оно осуществляется, не может рассматриваться как нарушающая права, гарантированные статьями 45 и 46 Конституции Российской Федерации.
    Также необходимо отметить, что в соответствии с ч.1 ст.437 УПК РФ законный представитель лица привлекается к участию в уголовном деле на основании постановления следователя либо суда и ему разъясняются права, о чем составляется протокол, тогда как в уголовном деле в отношении меня., отсутствует постановление о допуске законного представителя и протокол о разъяснении ему прав.
    При вынесении постановления о помещении меня, принудительно, в психиатрический стационар допущены фундаментальные нарушения закона, выразившиеся в игнорировании судом права на участие законного представителя в судебном заседании.
    Суд созданный для рассмотрения вопроса о помещении меня в психиатрический стационар без участия моего законного представителя, создан не на основании закона.
    5.
    Участие защитника в соответствии со ст.438 УПК РФ по данным делам является обязательным с момента вынесения постановления о назначении в отношении лица судебно-психиатрической экспертизы, если защитник ранее не участвовал в данном уголовном деле. Обеспечение процессуальных прав данной категории лиц в полном объеме передается законному представителю и защитнику с момента приобщения к материалам уголовного дела заключения судебно-психиатрической экспертизы. В судебном заседании я заявил отвод адвокату Андрусяк в связи с тем, что он в сговоре с прокурором и ходатайствовал о замене защитника. Судья Волошин отклонил ходатайство, а моего защитника, с заверенной надлежащим образом доверенностью, в судебное заседание не пустили в зал судебного заседания (прил.10).
    Как видно из протокола судебного заседания, адвокат Андрусяк меня не защищал.
    Суд, созданный для рассмотрения вопроса о помещении меня в психиатрический стационар с участием защитника Андрусяк, создан не на основании закона.

    Руководствуясь ч.7 ст. 14 Закона РФ «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании», обоснованного основания направить меня принудительно на стационарное обследование у суда не было.
    Чтобы стать основанием для назначения экспертизы, сомнение в психической полноценности должно быть обоснованным, т.е. действительно вызываться установленным в ходе производства по делу фактическим обстоятельствам.
    В качестве обстоятельств такого рода выступают, прежде всего, данные, согласно которым участник процесса в прошлом уже обследовался психиатром, и последний диагностировал психическое расстройство.
    Ко второй группе обстоятельств, ставящих под сомнение психическую полноценность подозреваемого, относятся данные об особенностях его поведения, которые являются возможными свидетельствами болезни. (Нелепые высказывания, немотивированный приступ возбуждения, припадки).
    Прохождение ежегодного медицинского обследования с участием врача психиатра, связи с тем, что по долгу своей работы мне доверена жизнь людей, и безопасность движения поездов, не дают основания суду назначить судебно психологическую экспертизу. При прохождении с 1976г. ежегодного медицинского осмотра, врач психиатр ни разу не диагностировал у меня психическое расстройство.
    Также суд не мог ставить под сомнение мою психическую полноценность, так как в моём поведении не было нелепых высказываний, не немотивированных приступов возбуждения, не было припадков.
    Руководствуясь ч.9 ст. 14 Закона РФ «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании», каждая назначаемая судебно-психиатрическая экспертиза должна быть тщательно подготовлена следователем (прокурором, судом). Помимо собирания медицинских документов необходим допрос лиц, знавших данного гражданина, об особенностях его поведения. Это особенно важно в случаях, когда гражданин ранее не наблюдался у психиатра, а основанием для назначения судебно-психиатрической экспертизы послужили странности в его поведении.
    В нарушении ч.9 ст. 14 Закона РФ «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании» суд не стал приглашать свидетелей для их допроса в судебном заседании, которые находились за оцеплением ОМОНОВЦЕВ.

    То, что я психически здоров, подтверждается ежегодным медицинским освидетельствованием, характеристикой с места работы, заключение 2х разных врачей психиатров, из разных больниц города, у которых я освидетельствовался 13.03.06г., избегая возможной клеветы следователя прокуратуры А.Фуплет. Также, если б суд допросил моих коллег по работе и знакомых, которых не пустили в зал заседания суда, то и их сведения. Суд обязан был, руководствуясь ч.9 ст. 14 Закона РФ «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании», это сделать.
    Как видно из протокола судебного заседания от 20 марта 2007г. мои доказательства о том, что я психически здоров не только не были приобщены к материалам дела, но даже было скрыто, что я ходатайствовал о приобщении к делу данных доказательств.
    6.
    Требованием ч.2 ст. 165 УПК РФ, ходатайство о производстве следственного действия подлежит рассмотрению единолично судьей районного суда или военного суда соответствующего уровня по месту производства предварительного следствия или производства следственного действия не позднее 24 часов с момента поступления указанного ходатайства.
    В нарушении ч.ч. 2, 3 ст. 165 УПК РФ, постановление о возбуждении перед судом ходатайства о помещении подозреваемого, не содержащего под стражей, в психиатрический стационар для производства судебно-психиатрической экспертизы было вынесено 12 марта 2007г. (прил.2). Судебное заседание состоялось 20 марта 2007г. (прил.11).
    7.
    В судебное заседание не были допущены свидетели, которые находились за оцеплением ОМОНОВЦЕВ.
    8.
    Также суд не принял во внимание моё заявление о том, что в соответствии со ст.162 УПК РФ, предварительное следствие не может продолжаться более 2х месяцев.
    В судебном заседании я заявил: «Уголовное дело было возбуждено 25 декабря 2006г. Уголовное дело не приостанавливалось, мне не было предъявлено обвинение, а сейчас уже 20 марта 2006г., т.е. скоро будет 3 месяца. На основании ст.162 УПК РФ, постановление о возбуждении уголовного дела от 25 декабря 3006г. не имеет юридической силы. На основании этого уголовного дела суд не имеет права рассматривать требование следователя» На мои ходатайства судья Волошин заявил: «Какой законник отыскался» и продолжал рассматривать требования прокурора г. Кропоткина о направлении меня в психиатрический стационар.
    9.
    В соответствии со ст.392 УПК РФ, вступившие в законную силу приговор, определение, постановление суда обязательны для всех органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, других физических и юридических лиц и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.
    Неисполнение приговора, определения, постановления суда влечет за собой ответственность, предусмотренную статьей 315 Уголовного кодекса Российской Федерации.
    Судья Волошин и прокурор Ситливый не исполнили Постановление Конституционного суда от 2 июля 1998 г. N 20-П.
    В нарушении Постановления Конституционного суда от 2 июля 1998 г. N 20-П, ст., 391 УПК РФ, меня, сразу же после по окончания суда посадили в машину с конвоем из 7 человек и повезли в город Краснодар, с машиной прикрытия, с сиреною и мигалками, как особо опасного государственного преступника в психиатрический стационар. В связи с исполнением постановления Кропоткинского городского суда, не вступившего в законную силу, было нарушено моё право, предусмотренное ст. 354 УПК РФ, право на кассационное обжалование постановления.
    Постановлением Конституционного Суда РФ от 2 июля 1998 г. N 20-П признано, что исполнение не вступившего в силу постановления суда о помещении лица в медицинское учреждение для проведения стационарной психиатрической экспертизы не соответствует Конституции Российской Федерации, её статьям 21 часть 1, 22 часть 1, 45 (часть 2) и 46 частью 1,2.
    Это показывает, что судья Волошин и прокурор Ситлтвый так спешили упрятать меня в дурдом, что не подчинились Конституции РФ и постановлению Конституционного суда. О том, как меня сразу же после окончания суда 20.03.07г. повезли в Краснодарский дурдом, имеются свидетели и справка врача приёмного отделения (прил.8).
    Оправляя меня в психиатрический стационар до вступления суда в законную силу, судья Волошин и прокурор Ситливый, руководствуясь ч.2 ст.392 УПК РФ совершили преступление, предусмотренное ст.315 УПК РФ.
    10.
    В нарушении ч.2 ст. 9 УПК РФ, меня подвергли моральному и физически жестокому и унижающему человеческое достоинство обращению. По состоянию своего здоровья мне необходимо менять прокладки, в связи с недержанием мочи (после операции), принимать лекарство. На мою просьбу, чтоб меня сопровождала жена, в связи с моим заболеванием, прокурор Ситливый и судья Волошин отказали, несмотря на то, что я им предъявлял заключение врачей (прил.11).
    В соответствии со ст.395 УПК РФ, даже родственникам осуждённого, до обращения приговора к исполнению, предоставлено право свидания с осужденным. После заседания суда, несмотря на то, что я не был осуждённый и постановление о помещении меня принудительно в психиатрический стационар, не вступило в законную силу, ко мне не допустили жену, чтобы она дала мне лекарства, прокладки, воду и деньги.
    Мне нельзя переохлаждаться и мне необходимо обильное питьё. За время доставки меня в г. Краснодар у меня поднялась температура и меня не приняли в стационар псих. больницы. Поездка под конвоем в г. Краснодар и обратно, подорвала моё здоровье. После возращения в г. Кропоткин, и обследования в городской больнице, следователь Фурлет не разрешал конвою отпустить меня домой ещё более 2х часов. В связи с отсутствием гигиенических средств я испытывал физиологические неудобства. С болезненным состоянием у меня была только одна мечта, лечь в постель и укрыться одеялом. Меня трусил озноб.
    Для частичного восстановления своего здоровья я с 21.03.07г. по 24.04.07г. находился в больницах г. Кропоткина и г. Краснодара. У меня не только произошло воспаление бронхов и мочевого пузыря, но и стало болеть сердце (прил.13).
    11.
    В нарушении ч.4 ст. 7 УПК РФ, постановление суда не было законным, обоснованным и мотивированным (прил.12).
    Судья Волошин не имел права, по заявлению следователя прокуратуры Фурлет, ни чем не обоснованному, на основании уголовного дела, которое должно было быть закрыто 25 февраля 2007г. выносить 30 марта 2007г. постановление о принудительном обследовании.
    Также судья Волошин не имел права выносить постановление о принудительном обследовании в связи с тем, что не было на это оснований.
    Судья Волошин при рассмотрении дела о направлении меня, принудительно, в психиатрический стационар для проведения судебно-психиатрической экспертизы не допустил в судебное заседание моего доверенного лица, моего защитника и свидетелей. Отклонил моё ходатайство об отводе заместителя прокурора г. Кропоткина Ситливого и адвоката Андрусяк и не приобщил к делу мои доказательства о моей адекватности.
    Проведение судебного заседания без участия законного представителя, защитника, (навязанный судом защитник не защищал меня, а присутствовал для придания суду законности), без вызова свидетелей и не приобщение к делу моих доказательств, не допустимо.
    12.
    Выполняя требования прокурора Шепель, судья Волошин вынес 20 марта 2007г. заведомо незаконное постановление о направлении меня, принудительно, в психиатрический стационар для проведения психиатрической экспертизы (прил.11).
    В результативной части постановления судья Волошин не указал, на основании каких доводов у суда возникла необходимость в направлении меня, психически здорового, принудительно, в психиатрический стационар.

    На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.144, 145, 447, 448 УПК РФ, ст.128 УК РФ.

    ПРОШУ:

    1. Возбудить уголовное дело в отношении судьи городского суда г. Кропоткина Волошина, заместителя прокурора г. Кропоткина Ситливого, следователя прокуратуры Фурлет, государственного защитника Андрусяк, прокурора г. Кропоткина Шепель, председателя городского суда г. Кропоткина в связи:
    * С принудительной госпитализацией заведомо психически здорового человека в психиатрический стационар для его обследования.
    *С фальсификацией доказательств.
    * В связи с неисполнением Постановления Конституционного суда от 2 июля 1998 г. N 20-П.
    Я ознакомлен с ответственностью, предусмотренную ст.306 УК РФ, в связи с заведомо ложным доносом.

    12.03.09г.

    Приложение:
    1. копия постановления
    2. копия протокола судебного заседания.
    3. копия постановления от 04.12.06г.
    4. копия характеристики с места работы
    5. копия почётной грамоты, выданной администрацией города в августе 2006г.
    6. копия заключения 2х врачей психиатров
    7. копия справки из поликлиники о прохождении ежегодной комиссии с участием врача психиатра.
    8. копия справки из психиатрической больницы.
    9. копия больничных листов.
    10. копия заявления представителя центра по защите Конституционных прав
    11. постановление о возбуждении перед судом.
    12. копия постановления от 20.03.07г.
    13. копия эпикриза.
    14. копия кардиограммы.