Император Петр I издал указ о введении должности генерал-прокурора 12 января 1722 года. Название было взято из французской практики, а одной из основных обязанностей нового высокопоставленного чиновника было «сидеть в Сенате и смотреть накрепко, дабы Сенат свою должность хранил и во всех делах, которые к сенатскому рассмотрению и решению подлежат, истинно, ревностно и порядочно, без потеряния времени, по регламентам и указам отправлял». Обнаружив нарушение законов, генерал-прокурор обязан был «протестовать и оное дело остановить». Именно тогда зарождалось основное и одно из важнейших в наши дни значение прокуратуры как органа надзора за исполнением законов. Тогда же был заложен и принцип централизации этого института: генерал-прокурору были подчинены все прокуроры в коллегиях и надворных судах.

Постепенно первый генерал-прокурор Павел Ягужинский стал занимать ключевое положение в государственном управлении. Ключевский по этому поводу писал: «Генерал-прокурор, а не Сенат становился маховым колесом всего управления. Не входя в его состав, не имея сенаторского голоса, Ягужинский был, однако, настоящим его президентом». На это же положение обратили внимание и иностранные наблюдатели, которые отмечали, что «генерал-прокурор фактически являлся вторым после императора лицом в государстве по своей силе и значению».

По воспоминаниям современников, Ягужинский был очень умен, честен и деятелен. За один день он мог сделать столько, сколько другие не успевали и за неделю. Еще одной характерной чертой первого генерал-прокурора было то, что «мысли свои он выражал без лести перед самыми высокими сановниками и вельможами. В поступках был смел и независим, он не робел ни перед кем». Не случайно светлейший вороватый князь Александр Меньшиков «от души ненавидел» Ягужинского.

Столь же весомым было положение генерал-прокурора при императрице Анне Иоанновне, а царствования Екатерины II и Павла I характеризуются еще большим усилением роли прокуратуры. К концу царствования Екатерины II генерал-прокурор стоял во главе всей внутренней администрации, ведал вопросами в том числе и неправового характера, превращаясь постепенно в министра. В правлении Павла I он являлся фактически уже первым министром.

Были в истории прокуратуры и иные времена. После министерской реформы императора Александра I, проведенной в начале XIX века, глава вновь образованного Министерства юстиции стал по должности генерал-прокурором, а самостоятельная до того прокурорская система стала частью исполнительной власти. Во времена Николая I сложилась запутанная система надзора, проверка одних чиновников другими, сочетание фискального и контрольного начал в сфере правительственных установлений, что превратило в рутину живую, творческую по замыслам функцию прокуратуры, у которой не было ни организационных, ни нормативных возможностей изменить такое положение.

Но все же самым темным периодом в истории российской прокуратуры надо признать царствование Екатерины I и Петра II. Очень быстро должность генерал-прокурора фактически была упразднена, а гордость российской прокуратуры Ягужинский был направлен полномочным министром при польском сейме в Гродно. Все это негативно сказалось и на роли Сената. «Время высокого положения генерал-прокурора есть вместе с тем время процветания, наибольшей энергии и деятельности самого Сената; время упадка генерал-прокуроров при ближайших преемниках Петра I — время унижения Сената», — писал историк Сергей Петровский.
прокуратура, прокуроры России