Судебная экспертиза: на кону судьбы и миллионы

Новости18.11.2020
18.11.2020853

Фото: Кирилл Зыков/АГН Москва

В последнее время в судах значительно увеличилось количество споров, где хозяйствующие субъекты выясняют отношения относительно правомерности использования программ ЭВМ и  оборудования, где такие программы устанавливаются. Как правило, такие иски заявляются лицами, которые посредством имеющихся у них программ предоставляют соответствующие услуги за плату или безвозмездно с целью продвижения определенного проекта.

Чаще всего предметом спора бывают разногласия сторон относительно объема и стоимости услуги, сроков пользования, порядка использования, незаконного вмешательства  в работу программы ЭВМ, нарушения исключительных прав и т. д. При анализе данных, содержащихся в информационно-правовых системах Консультант, Гарант, и решений по подобного рода арбитражным делам юристы приходят к одинаковым выводам. Так, в подавляющем большинстве случаев (80/20) суды принимают решения в пользу владельцев программного обеспечения. Именно они являются истцами. Проигравшей стороной, естественно, становится потребитель услуги.

Отчасти такое положение дел обусловлено тем, что владелец программы ЭВМ, зная функционал и механизм действия своей программы, находится в судебном заседании в приоритетном положении перед потребителем. В частности, в решении Засвияжского районного суда г. Ульяновска от 27 июля 2018 года по делу № 2-2431/2018 указано на недобросовестное поведение установщика программного обеспечения, который, пользуясь отсутствием у клиента специальных знаний, незаконно получил от него денежное вознаграждение за имеющееся в свободном доступе программное обеспечение.   

С другой стороны, у судов также зачастую отсутствуют специальные знания. И этот пробел компенсируется путем привлечения эксперта или специалиста и назначением соответствующей компьютерно-технической экспертизы. К ней прибегают как суды общей юрисдикции, так и арбитражные суды.  

По данным практикующих юристов, сейчас существует нехватка квалифицированных специалистов для проведения таких экспертиз. А заказать подобную экспертизу в государственном учреждении даже по судебному запросу практически нереально. В некоммерческих структурах, берущихся за проведение таких экспертиз, результаты и способы исследований далеко не всегда соответствуют утвержденным методикам. 

Кстати, при проведении исследований часто возникают дополнительные вопросы, которые разрешаются путем назначения повторной или дополнительной экспертизы. Так, в рассматриваемом Заводским районным судом Кемерова уголовном деле № 1-11/2014  было назначено две экспертизы по ходатайствам  потерпевшей стороны и стороны защиты. Результат каждой из проведенных экспертиз получил оценку судом как отдельное доказательство, сопоставленное с другими доказательствами по делу.

Стоит отметить, что и две экспертизы по спорам, осложненным  элементами высоких технологий, далеко не предел. В  уголовном деле № 22-2581/2014 (Ленинский районный суд Нижнего Новгорода) было проведено четыре компьютерно-технических экспертизы.

Действующее законодательство не устанавливает ограничения на количество экспертиз в рамках одного судебного процесса, а сама процедура назначения экспертиз постоянно совершенствуется. В начале 2020 года членом Совета Федерации РФ Сергеем Калашниковым был представлен на обсуждение проект поправок в ГПК РФ и АПК РФ в части порядка назначения и проведения судебных экспертиз. В проекте предлагается сделать обязательным  проведение экспертизы по ходатайству стороны, не заявлявшей ранее такого ходатайства, независимо от наличия иной экспертизы. Предполагается, что принятие соответствующих изменений позволит более объективно оценить доводы сторон.      

В большинстве случаев назначение судебной компьютерно- технической экспертизы не вызывает возражений у добросовестных участников судебного процесса. Напротив, выводы такой экспертизы укрепят правовую позицию добросовестного участника. Более того, отсутствие такой экспертизы может привести для него к негативным последствиям. Так, Ставропольский краевой суд оставил обвинительный приговор в силе, в том числе, как считают юристы, по причине того, что обвиняемый в суде первой инстанции не заявил ходатайство о проведении компьютерно-технической экспертизы (апелляционное определение Ставропольского краевого суда от 27 января 2020 года на приговор райсуда Промышленного района г. Ставрополя от 25 июня 2019 года). Цена «ошибки» — реальный срок заключения.

В деле № А40-168513/2018-88-214 «Б» (Арбитражный суд г. Москвы) была назначена судебная компьютерно-техническая экспертиза двух программ — должника и кредитора, чтобы проверить доводы должника против требований кредитора, что, по мнению юристов, вполне соответствует принципам справедливости и интересам самого кредитора. Однако кредитор, по данным его оппонентов, уклонился в судебных заседаниях от обсуждения как назначения судебной экспертизы, так и вопросов, сопутствующих такому назначению, в частности вопросов, поставленных перед экспертом. О мотивах такого поведения остается только догадываться. При том что, с учетом противодействия сторон в деле «одного кредитора и его правопреемников» (фактическое владение правами требования всего реестра кредиторов 99,999%), которые основывают многомиллионные права требования на незаконном, по их мнению, использовании программного обеспечения и активном доказывании должником законности своих действий, суду в любом случае необходимо  установить фактические обстоятельства по делу. При таких условиях назначение экспертизы является единственным эффективным способом получения доказательств в областях, требующих специальных познаний.

Примеров пассивного, а порой и не всегда объяснимого поведения сторон в судебных заседаниях немало, что создает дополнительные трудности для судов.  

В реалиях современного судопроизводства размер исков за нарушение авторских и исключительных прав на программное обеспечение достигает многих миллионов рублей (решением Арбитражного суда Свердловской области от 27 июня 2018 года по делу № А60-63400/2017 с ответчика взыскано более 4 млн рублей;  решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26 апреля 2018 года по делу № А56-92673/2016 с ответчика взыскано более 40 млн рублей).

Кроме того, лица, пользующиеся представленными программами в целях предпринимательства (использование офисного программного продукта, бухгалтерских программ, оказание процессинговых услуг),  кроме значительных материальных потерь, которые порой приводят к прекращению деятельности предприятий, имеют шанс оказаться в заключении.   

Такие результаты далеко не всегда являются виной потребителей программного продукта. Как правило, отсутствие специальных знаний у ответчиков и недостаток таких знаний у судебных представителей и адвокатов приводят к непоправимым ошибкам защиты. Очевидно, что значение экспертизы в делах, связанных с защитой исключительных прав на программы ЭВМ и, соответственно, контрзащитой потребителей услуг, переоценить сложно.

С одной стороны, такая экспертиза позволяет обоснованно подтвердить или опровергнуть доводы профессионального специалиста (владельца программы), таким образом обеспечивая баланс сил между истцом и ответчиком. С другой — суд, имея результаты экспертизы, получает независимый инструмент проверки представленных в дело доказательств.

Юристы обращают внимание участников рынка в сфере высоких технологий и особенно потребителей услуг на необходимость тщательно изучать условия пользования программным продуктом, при необходимости привлекая соответствующих специалистов. Экономия может обернуться потерей бизнеса и свободы в последующем.