Судья КС выступил за оптимизацию ограничений

29 Фев 23.53 1798

Гадису Гаджиеву в этом помогли Владимир Бибихин, Рудольф фон Иеринг и принцип оптимальности по Парето

Гадис Гаджиев. Фото: ТАСС

Гадис Гаджиев. Фото: ТАСС

Судья Конституционного суда РФ Гадис Гаджиев частично не согласился с мотивировкой постановления КС по ч.9 ст.3 федерального закона № 100-ФЗ, распространявшего на возникшие ранее 1 сентября 2013 года правоотношения правила п.2 ст.200 ГК РФ, по которой срок исковой давности по обязательствам не может превышать 10 лет. Ему очевидно, как он пишет, что заявитель просил признать неконституционным не только первое из этих положений, но и находящийся во взаимосвязи с ним второй абзац 2-го пункта 200-й статьи ГК.

«Положение п.2 ст.200 ГК, по сути, означает, что введен запрет на заключение бессрочных обязательств», — пишет судья. Эта норма, по его мнению, является примером правового средства, содержащего большие меры вмешательства, которые являются «избыточными обременениями без очевидной необходимости». Гаджиев соглашается, что беспокойство законодателя по поводу возникновения обязательств с крайне задавненными требованиями вполне объяснимо, но, говоря о дисциплине участников гражданского оборота, упоминает слова российского философа Владимира Бибихина и немецкого правоведа Рудольфа фон Иеринга о соотношении между дисциплиной и правом в Древнем Риме. Первая не была там создана вторым, а, напротив, дисциплина «нашла себя» в праве, «выразилась и оформилась в его формулах, процедурах», писал Бибихин. «Дисциплина римской армии стала частью духа римского права», — считал Иеринг. Излишнее вмешательство в сформированный порядок только вредит ему.

Еще одна ссылка Гаджиева сделана на «принцип оптимальности по Парето». Речь идет об эмпирическом правиле, названном по имени экономиста и социолога Вильфредо Парето, которое звучит примерно следующим образом: «20% усилий дают 80% результата, а остальные 80% усилий — лишь 20% результата». «Необходима оптимизация ограничительных мер, то есть выбор наименьшей из ограничительных мер, достигающих того же результата», — пишет Гаджиев.

Резюмируя свое мнение, Гаджиев подчеркнул, что введенный 10-летний срок приобретает характер неконституционного вмешательства в частную жизнь. «Если законодатель руководствуется патерналистскими соображениями, то он обязан объяснить, почему он действует в интересах должника или кредитора. В случае с изменением статьи 200 ГК конституционно-правовое обоснование приоритетности прав должников отсутствует», — объяснил он свою позицию о том, что и эту норму нужно признать неконституционной.

Решение по ч.9 ст.3 федерального закона № 100-ФЗ, распространявшего на возникшие ранее 1 сентября 2013 года правоотношения правила п.2 ст.200 ГК, КС принял 15 февраля 2016 года без публичных слушаний. Эта норма была признана неконституционной. КС постановил, что она нарушает конституционные предписания, поскольку лишает участников гражданского оборота, которые состоят друг с другом в длительных (более 10 лет) договорных обязательственных правоотношениях, права на судебную защиту.

Дело рассматривалось по заявлению Евгения Потоцкого. В июле 2013 года, согласно материалам дела, он направил должнику требование о возврате долга, возникшего в 2000 году. Это требование исполнено не было, но когда 18 сентября 2013 года заявитель обратился уже в суд, его иск был отклонен. Суды сослались на вступивший к тому времени в силу сотый ФЗ, который ввел новый порядок исчисления сроков исковой давности, ограничив его 10 годами.
 

Конституционный суд, Гадис Гаджиев, особое мнение, баланс прав кредитора и должника

Для добавления комментария необходимо авторизоваться.

Получать уведомления от «Legal.Report»