$ 66.43

€ 75.39

Заключенный и Генпрокуратура объединились против "антимитинговой" нормы УК

Судебный репортаж24.01.2017
24.01.2017824

Рассмотрение Конституционным судом 24 января жалобы гражданского активиста Ильдара Дадина, отбывающего заключение за нарушение правил проведения митингов, раскололо представителей власти. Если Генпрокуратура однозначно поддержала позицию заявителя, а Минюст – с оговорками, то полпреды президента и правительства щедро сыпали аргументами в защиту оспариваемой нормы.

В 2015 году Басманный райсуд Москвы приговорил Дадина к 3 годам колонии общего режима (впоследствии срок был снижен до 2,5 года) по ст. 212.1 Уголовного кодекса. Норма дает суду возможность применять уголовное наказание в тех случаях, когда ранее имела место административная ответственность за участие в несанкционированных публичных мероприятиях. Дадин неоднократно привлекался к административной ответственности за участие в таких мероприятиях – в митингах, а также одиночных пикетах.

По мнению Дадина, норма УК РФ, основанная «исключительно на основании факта неоднократности таких нарушений», противоречит Конституции РФ и нарушает права и свободы человека и гражданина. А именно – «право на свободу мирных собраний и свободу выражения мнений, право не быть повторно осужденным за одно и то же деяние, право на защиту, а также право считаться невиновным, пока его вина не будет установлена вступившим в силу судебным решением». Кроме того, она «позволяет возбуждать уголовное дело до вступления в силу всех постановлений судов по делам об административных правонарушениях, а также использовать в уголовном деле в качестве доказательств материалы административных дел».

Сто кошек и один тигр

Начало заседания для стороны заявителя было омрачено отказом суда в двух ходатайствах: о личном участии Дадина в заседании и о представлении не имевшихся у стороны заранее письменных отзывов органов государственной власти на жалобу.

«До 10 часов 10 минут сегодняшнего дня представители заявителя не говорили о том, что его присутствие необходимо», – прокомментировал ходатайство судья-докладчик по делу Сергей Князев перед тем, как суд удалился для вынесения решения по заявленному требованию.

Отсутствие письменных отзывов – это «не препятствие рассмотрения дела», решили судьи. Кроме того, «в конституционном судопроизводстве участие доверителей в заседании является достаточным», поскольку не принимаются решения о личной свободе гражданина, из чего следует, что его личное участие необязательно. Таким образом, оба ходатайства защиты остались без удовлетворения.

Один из адвокатов Дадина – Ксения Костромина, которая занималась его делом «с самого начала», к содержанию жалобы добавила аргумент о том, что участие Дадина в публичных мероприятиях проходило мирно и без оружия, никому не был причинен вред, в связи с чем размер санкции применен непропорциональный.

Ее поддерживал адвокат Сергей Голубок, который говорил о том, что «количество проступков не может перерасти в качество преступления, как сто кошек не могут перерасти в одного тигра». Помимо этого, адвокат подверг сомнению позицию Министерства внутренних дел о том, что наказание определяется общественной опасностью личности. По мнению адвоката, личность в данном случае не имела никакого значения. Позднее этот довод многократно парировал представитель МВД Гайк Марьян, который упирал на то, что по мнению министерства, «массовые мероприятия – это самые опасные мероприятия, которые только могут быть».

Остроты заседанию добавила перепалка между адвокатом Сергеем Голубком и полпредом президента в КС Михаилом Кротовым. Голубок попытался обратить внимание судей на невежливость и нарушение регламента КС со стороны полпреда. «Вопреки требованиям регламента уважаемый представитель обращается ко мне без использования прилагательного "уважаемый"!» – выкрикнул адвокат в паузе между репликами своего оппонента. «Регламент обязывает меня обращаться к вам уважительно, но никак не предусматривает обязательное использование слова "уважаемый», – отрезал Кротов.

"Заявители правы"

Татьяна Касаева, представитель Госдумы в КС, объясняла суду тонкости правовой стороны дела Дадина. По ее словам, «возможность применения административной преюдиции обусловлена общей природой уголовной и административной ответственности», а общественная опасность лиц, склонных к многократным умышленным нарушениям, очевидна. Ее поддерживал представитель Совета Федерации в КС Андрей Клишас.

Полпред президента Кротов в своей длинной речи также обращал внимание суда на «антисоциальную направленность личности». Что же касается повторной ответственности за одно и то же нарушение, Кротов заметил, что «следуя логике заявителей, нужно полностью устранить институт рецидива».

Полномочный представитель правительства в КС Михаил Барщевский был, как обычно, краток и самобытен. «Норма мне не нравится, – заявил он, добавив, однако: – но это не означает, что она неконституционна». Барщевский обратил внимание на то, что во многих западных странах за подобные нарушения предусмотрена не административная, а уголовная ответственность с первого же правонарушения.

Сенсацией стала поддержка позиции заявителя Генпрокуратурой. Представитель ГП Татьяна Васильева, отметив «некорректное цитирование СМИ позиции прокуратуры по делу» и добавив необходимые юридические уточнения, подтвердила, что Генеральная прокуратура считает норму неконституционной. Васильева привела скудную статистику практики применения статьи 212.1: с момента ее вступления в силу по ней было возбуждено всего четыре уголовных дела, из них приговор был лишь по делу Дадина.

Ближе к концу заседания один из представителей стороны государства все же смягчил свою позицию в деле. На вопрос судьи КС Николая Бондаря о том, рассматривается ли возможность совершенствования оспариваемой нормы, Андрей Клишас неожиданно высказал свое личное мнение. «Да, норма нуждается в корректировке», – заявил он. По словам сенатора, сейчас в ней «много нелогичного», и "заявители правы в этой части: практика только складывается». Эту позицию поддержала представитель Минюста Мария Мельникова, признав при этом, что о неконституционности нормы речь идти не может.

Судьи КС удалились для вынесения решения, предугадать которое пока невозможно.