ВС реабилитировал цессию как сделку в деле о банкротстве

27 Июн 14.14 3908

Экономколлегия ВС уличила суды в отсутствии «разумных сомнений» в цене уступки 

Иллюстрация: Shutterstock

Иллюстрация: Shutterstock

Для установления факта недействительности сделки в деле о банкротстве судам нужно «обладать информацией как о стоимости имущества, переданного должником по сделке, так и о стоимости полученного за данное имущество предоставления», объяснила коллегия по экономическим спорам Верховного суда РФ. Однако нижестоящие суды не установили цену переданных прав, указал ВС, отменяя их акты о признании недействительными договоров цессии между входящей в холдинг «Миэль» ЗАО «Миэль-Новостройки» и «ТГК. Юридическая практика».

Спор между компаниями разгорелся в 2013 году, когда Анна Мариничева, конкурсный управляющий оказавшейся в процедуре банкротства «Миэль-Новостройки», обнаружила заключенные в период подозрительности договоры цессии. По ним в 2012 году компания уступила права требования на 136,4 млн руб. к ООО «Стройсимвол» компании «ТГК. Юридическая практика» за 1,86 млн руб.[1] Мариничева сочла сделку недействительной и обжаловала. Три инстанции с ней согласились.

Однако ни одна из них, прежде чем признавать сделку недействительной, не разобралась в равноценности или неравноценности встречного исполнения по сделке, следует из определения ВС (Ольга Киселева, Елена Золотова и Наталья Чучунова), опубликованного 21 июня. Члены экономколлегии обратили внимание на то, что спорящие стороны представили в суд по два отчета о рыночной стоимости уступленных прав. По отчетам «ТГК. Юридическая практика» цена по договорам цессии была рыночной, в связи с чем состоявшееся предоставление можно признать равноценным. Из отчетов конкурсного управляющего следовало, что рыночная цена уступленных прав более чем в 60 раз была выше фактически заплаченной за них.

«Существование четырех отчетов об оценке, обусловливающих совершенно разную стоимость предмета оценки, должно было вызвать у суда разумные сомнения в достоверности сведений, содержащихся в каждом из таких отчетов», — говорится в определении ВС. Члены экономколлегии указали, что суды должны были предложить сторонам провести судебную экспертизу по спорному вопросу. «Однако суд не только не поставил перед сторонами вопрос о назначении судебной экспертизы, но и отказал «ТГК. Юридическая практика» в удовлетворении соответствующего ходатайства, чем существенно нарушил нормы процессуального права», — резюмировала коллегия ВС.

Также она обратила внимание на то, что нижестоящие суды оставили без внимания довод «ТГК. Юридическая практика» о том, что ранее была введена процедура конкурсного производства в отношении заемщика «УКМ». К ней «Стройсимвол» в 2011 году переуступил права требования компании «Миэль-Новостройки».

В связи с этим ВС сделал вывод о «преждевременности» применения судами п.1 ст.61.2 Закона о банкротстве о признании сделки недействительной, а также ст.10 и 168 ГК, так как «наличие злоупотребления в действиях сторон мотивировано исключительно фактом вывода дорогостоящих активов также по заниженной цене».

Не все цессии — намеренный вывод имущества

Ключевым в рассматриваемом деле нужно считать не вопрос права, а вопрос факта: «является ли цена уступки рыночной», считает юрист юридической компании «Хренов и партнеры» Сергей Морозов.

Однако он не соглашается с обоснованием судьями своей позиции. По его мнению, «у ВС РФ было и другое, более подходящее, основание для отмены, как, например, выяснение вопроса соответствия цены уступки рыночным ценам». «В цену входит не только небольшая фиксированная сумма, но и премия в размере 80% от взысканной впоследствии суммы. То есть, сравнивая цену отчуждения с рыночной, суд, по сути, принимал во внимание лишь ее небольшую часть, что могло привести к вынесению неправильного решения, — считает эксперт. — Именно в этом заключалась ключевая ошибка нижестоящих судов при рассмотрении этого дела, и именно ее следовало исправить ВС РФ».

С выводом экономколлегии о необходимости проведения экспертизы согласна адвокат коллегии адвокатов «Клишин и Партнеры» Мария Хохлова. Она отмечает, что сегодня не существует универсальных, общепринятых оценочных методик для оценки прав требований. По ее мнению, с учетом наличия нескольких экспертиз с различными результатами оценки, при наличии ходатайства со стороны одной из сторон суды должны были назначить судебную экспертизу для определения рыночной стоимости уступаемого права требования.

По мнению юриста юридической фирмы Vegas lex Татьяны Светловой, сегодняшняя практика ВС формирует устойчивую позицию, «направленную на блокирование схем по выводу имущества должника в преддверии несостоятельности», данным же решением «суд поддерживает позицию должника, указывая на то, что не все цессии, заключенные в преддверии банкротства, означают намеренный вывод имущества, а низкая цена не всегда свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны должника и контрагента».

Светлова считает, что по договору цессии цедент всегда «сталкивается с риском понести убытки», ведь в первую очередь уступаемое требование — это имущественное право. Здесь суды не учли «финансовое положение должника по цессиям», считает она, а также «фактически оценивали уступленные права по номиналу, что является сомнительным с учетом необходимых временных и финансовых затрат на фактическое взыскание долгов». «Данное решение Верховного суда несомненно имеет прецедентное значение, позволяет несколько «реабилитировать» цессию как сделку, на сегодняшний день одну из самых оспариваемых в процессе банкротства», — считает Светлова.

Высший арбитражный суд РФ исходил из того, что при выяснении эквивалентности размеров переданного права (требования) и встречного предоставления необходимо исходить из конкретных обстоятельств дела, напоминает Хохлова (п.10 информационного письма Президиума ВАС РФ от 30 октября 2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса РФ»). В таких случаях суд должен исходить из конкретных обстоятельств дела, должны учитываться платежеспособность должника, степень спорности передаваемого права требования, а также иные обстоятельства, влияющие на действительную стоимость уступаемого права требования, являющегося предметом договора уступки.


Примечания:

1. В 2006 году ЗАО «Миэль-Недвижимость» предоставило ЗАО «УКМ» заем 124,35 млн руб., через три года переуступило право на остаток в 83,9 млн рублей ООО «Стройсимвол». Ранее, в августе 2008 года, «Стройсимвол» предоставил «УКМ» еще один заем на 90 млн руб. В августе 2011 года он за сумму невыплаченного остатка по займам переуступил права требования по ним компании «Миэль-Новостройки».
цессия, банкротство, Миэль

Для добавления комментария необходимо авторизоваться.

Получать уведомления от «Legal.Report»