Правительство против прав защиты

Новости25.03.2016
25.03.20163766

На протяжении почти двух десятков лет в России ведется борьба за беспрепятственный доступ в следственные тюрьмы адвокатов, с которыми хотят повстречаться обитатели этих учреждений. Ст.49 УПК устанавливает, что адвокат допускается к участию в уголовном деле в качестве защитника по предъявлении удостоверения адвоката и ордера, но сотрудники ФСИН считают, что для свидания доверителя и защитника нужен допуск от следователя.

1 октября прошлого года у бывшего работника Генпрокуратуры СССР, а теперь адвоката Юрия Костанова была возможность рассказать об этом президенту Путину на заседании совета по правам человека (СПЧ) и напомнить, что и Конституционный, и Верховный суды высказались по этой проблеме в том смысле, что термин «допускается» не имеет разрешительного значения. «Я не должен ходить по столовым, по гостиницам, я не знаю, еще куда, я не должен искать следователя. Момент моего появления [у доверителя] не должен зависеть от следователя, от суда, от кого угодно еще», — говорил Костанов. При этом, по его словам, сначала органы исполнения наказаний выполняли нормы закона буквально, а потом практика стала ограничительной.

Путин тогда выглядел слегка удивленным. «Юрий Артемович, по поводу доступа адвокатов к исполнению своих служебных обязанностей, так скажем, я даже затрудняюсь что‑то ответить. Я впервые слышу, что есть такие проблемы. Дайте мне тогда ваши наблюдения, ваши замечания. Генпрокуратура должна заняться этим впрямую, это ее обязанность — обеспечить права граждан. И, если нужны какие‑то дополнительные решения на уровне Верховного суда, других инстанций, нужны какие‑то дополнения в закон, давайте мы это сделаем», — говорил президент.

Удостоверение и ордер

Изменения в закон подготовила группа единороссов, среди которых Владимир Плигин и Рафаэль Марданшин. Они подготовили поправки в закон «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», где среди прочего говорится, что подозреваемым и обвиняемым предоставляются свидания с адвокатом, не являющимся защитником. Необходимыми для этого документами являются удостоверение адвоката и ордер. В сопроводительной записке говорилось, что эти изменения в законодательство «позволят обеспечить подозреваемых и обвиняемых квалифицированной юрпомощью», создадут «адекватные условия для оформления представительства».

Но, как оказалось, согласие президента на корректировку законодательства еще не значит, что идею одобрит правительство. В отрицательном отзыве Белого дома скупо говорится, что ч.2 ст.49 УПК разрешает по определению суда допускать в качестве защитника наряду с адвокатом одного из близких родственников обвиняемого или иное лицо. «В связи с этим предлагаемое изменение повлечет нарушение установленного уголовно-процессуальным законодательством порядка защиты прав и интересов подозреваемых и обвиняемых при производстве по уголовному делу, а также ограничение их права пользоваться помощью защитника, гарантированное ст.48 Конституции РФ[1]», — все, это полный текст отзыва за подписью вице-премьера Сергея Приходько. На второй законопроект, предусматривающий аналогичные коррективы в УПК, отзыв из Белого дома в Госдуму еще не поступил, рассказал Legal.Report источник в нижней палате парламента.

Неразглашение тайны следствия

Примерно в то же время в Госдуму пришло отрицательное заключение правительства на законопроект, конкретизирующий правила отбора у участников следственных действий подписки о неразглашении данных предварительного расследования (ст.161 УПК). Это тоже давняя идея правозащитного сообщества, которую оформили в виде проекта закона в октябре прошлого года единороссы Павел Крашенинников, Виктор Пинский и Рафаэль Марданшин. Они предложили обязать следователей перечислять в своем постановлении, какие именно данные запрещается разглашать, а заодно четко зафиксировать в УПК (ч.2 ст.161 УПК), какие данные запрещается скрывать (ходатайства и жалобы, информация о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица, уведомления о подозрении, предъявлении обвинения, избрании меры пресечения).

Главной проблемой неограниченной свободы следователя в этом вопросе становятся уголовные дела против адвокатов, которые используют огласку для привлечения внимания к имеющимся, по их мнению, злоупотреблениям следственных органов. «Право органов следствия [на подписку о неразглашении] столь безгранично сейчас, что во многих случаях практически ущемляется возможность адвоката и его подзащитного защищаться, используя свободу слова, обращение к общественности», — сетовала несколько недель назад на очередном заседании СПЧ Тамара Морщакова, судья КС в отставке. По мнению совета, подписка о неразглашении должна распространяться лишь на конкретно перечисленные документы, в которых действительно есть не подлежащие разглашению сведения, а не на все материалы дела. СПЧ также считает, что нельзя обязать адвоката хранить «тайну» о том, как нарушаются права и процессуальные процедуры в ходе расследования.

Но у правительственных чиновников иное мнение. Они как будто бы не слышали аргументов сторонников нового регулирования, и отзыв за подписью Приходько выглядит как реплика из диалога совершенно по другому поводу, к тому же уже подзабытому. «Сбор информации по уголовному делу осуществляется в течение всего расследования, и нежелательные для огласки сведения могут быть получены и после того, как следователем или дознавателем отобрана соответствующая подписка, в том числе в ходе неоднократного участия одного и того же лица в процессуальных действиях», — говорится в послании из Белого дома. Что касается предложенных корректив в ч.2 ст.161 УПК, то, по мнению чиновников из правительственного аппарата, они не согласуются с третьей частью этой статьи, по которой данные предварительного расследования могут быть преданы гласности с разрешения следователя или дознавателя в том объеме, в каком ими будет признано это допустимым, следует из отзыва. Да и вообще, добавил Белый дом, в пояснительной записке нет информации, «подтверждающей наличие проблем в правоприменительной практике».

Примечание

1. Статья 48 Конституции РФ
Каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи. В случаях, предусмотренных законом, юридическая помощь оказывается бесплатно. Каждый задержанный, заключенный под стражу, обвиняемый в совершении преступления имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента соответственно задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения.