$ 66.43

€ 75.39

Секретные телефоны и явочные подвалы одного из руководителей СКР

Новости19.02.2018
19.02.20182553
В Мосгорсуде на процессе по делу "серого кардинала" СКР Михаила Максименко гособвинение 19 февраля начало представлять доказательства по эпизоду со взяткой в $50 000 за возвращение петербургскому предпринимателю швейцарских часов, украденных сотрудниками угрозыска. Для этого был допрошен 52-летний Бадри Шенгелия, хозяин хронометра.

Шенгелия, которого в определенных кругах считают "идеологом рейдерского движения", внешним видом и аксессуарами производил впечатление авторитетного предпринимателя из 1990-х – золотая цепочка на шее, кожаный браслет и массивный перстень-печатка в сочетании с футболкой и джинсами. Левое предплечье свидетеля украшала крупная татуировка, на запястье – модные часы. Достав из сумки-рюкзака очки в дорогой тонкой оправе, он, изредка заглядывая в блокнот с заметками, изложил свою версию истории со взяткой в $50 000, которые, по версии следствия, Шенгелия заплатил Максименко за возбуждение уголовного дела в отношении правоохранителей, укравших у него часы марки Hublot во время обыска в автомашине в декабре 2014 года.

Свидетель рассказал, что с жалобой на кражу часов сначала обратился к старшему оперуполномоченному по особо важным делам отдела «Запад» ГУСБ МВД подполковнику полиции Виталию Федосову (задержан в феврале прошлого года по подозрению в мошенничестве). Шенгелия подозревал, что часы похитили подчиненные начальника "воровского" отдела угрозыска ГУВД СПб. Романа Полозаева. Догадки подтвердились, сотрудники "Запада" в ходе прослушки перехватили разговор, в котором "изъятие часов" сыщик объяснял воспитательной мерой. "Это санкции против него", – говорил начальник угро коллеге.

– Я был заинтересован наказать этого человека, – объяснил свою мотивацию Шенгелия. Он уточнил, что дело было не в деньгах, поскольку часы он вообще купил у знакомого за 20 000 евро.

Однако сотрудники ГУСБ не помогли, ссылаясь на то, что уголовное дело не получается "пролоббировать". "Три раза пытались возбудить в Санкт-Петербурге", – посетовал свидетель.

Подвижки произошли, когда Шенгелия обратился к Максименко, с которым предпринимателя связывали давние отношения. Познакомились они в 2007 году, когда Шенгелия как фигурант ряда уголовных дел по рейдерским захватам в Санкт-Петербурге начал сотрудничать со следствием. В частности, дал показания на "ночного губернатора" Северной столицы и лидера тамбовской ОПГ Владимира Кумарина (в 2009 году осужден на 14 лет за рейдерские захваты, в 2016-м – на 23 года за покушение на убийство бизнесмена Сергея Васильева и убийство его охранника). Максименко, в то время отвечавший за личную безопасность Бастрыкина, стал гарантом безопасности Шенгелии от "всякого беспредела".

Со временем их сотрудничество окрепло. "Обращался по разным поводам, в том числе, когда меня Следственный комитет хотел привлечь по разным делам", – пояснил Шенгелия. Он описал механизм взаимодействия: "По просьбе Максименко писали заявление на имя Бастрыкина, приезжала проверка, и на какое-то время проблема "затихала".

Раз в две недели Максименко и Шенгелия встречались для решения "деловых вопросов". Чаще всего в отеле "Парк Инн Пулковская" на окраине Санкт-Петербурга, где у высокопоставленного сотрудника СКР были оборудованы две "переговорные", видимо, в целях конспирации – в подсобках для инвентаря и спецодежды уборщиц. Иногда деликатные темы обсуждали в лобби отеля, возле барной стойки.

В 2015 году Шенгелия снабдил Максименко криптотелефонами: "Привез пять трубок". Гаджеты на базе "Нокии" стоимостью от 120 000 до 200 000 руб. невозможно было отследить и прослушать: у них менялся IMEI после каждого вызова, связь осуществлялась по защищенному каналу с помощью шифрования. Из минусов – через три месяца общения трубки аппаратно блокировались. Шенгелия сказал, что "секретными телефонами" и он, и Максименко пользовались постоянно.

В конце октября 2015 года по секретному каналу связи Шенгелия договорился с Максименко о встрече в отеле "Парк Инн Пулковская". Предпринимателя встретил охранник, блондин с "пистолетом на поясе", и коридорами провел в одну из "переговорных" на подвальном этаже. Шенгелия передал портфель с $50 000 (пять пачек стодолларовых банкнот), а в обмен получил ксерокопию постановления о возбуждении уголовного дела. Позднее прокуратура его отменила, а часы предпринимателю так и не вернули.

– Зимой 2017 года вас задерживала пограничная служба ФСБ России в аэропорту Домодедово при выходе с рейса Тбилиси – Москва? – поинтересовался у свидетеля адвокат Александр Вершинин. – И из аэропорта вы проследовали в здание следственного управления ФСБ России, где написали заявление о даче взятки Максименко?

– Да, я это [заявление] сделал добровольно. Но меня никто не задерживал, – ответил Шенгелия.

Выдержки из протокола с показаниями, которые Шенгелия дал следователям ФСБ, зачитал судья Олег Музыченко. В частности, из них следовало, что между Максименко и Шенгелией сложилось взаимовыгодное сотрудничество: некоторые из приближенных предпринимателя при содействии подсудимого избегали уголовной ответственности. А взамен Шенгелия помогал в раскрытии преступлений.

Шенгелия под протокол перечислил ряд сделок с участием Максименко, в результате которых тот получал прибыль в твердой валюте – суммы в среднем составляли $30 000. Среди них упоминался и куш в $800 000 в 2013–2014 годах за помощь в снятии ареста в гражданском суде с недвижимости, на которую были наложены обеспечительные меры в рамках уголовного дела.

Также Шенгелия заявил, что Максименко дал ему указания подать заявление с ложными показаниями о краже часов, чтобы скомпрометировать руководителя ГСУ СКР по Санкт-Петербургу генерал-лейтенанта Александра Клауса, которого безуспешно пытался сместить в течение длительного времени. "Я знаю массу людей, своих знакомых, которые обращались к Максименко для решения проблем со Следственных комитетом. А тот не мог их решить, поскольку их решал Клаус", – так Шенгелия обозначил мотивы подсудимого в своих устных показаниях в суде.

"Максименко приводил в движение криминальную машину, состоящую из различных должностных лиц Следственного комитета, которые исполняли его указания, несмотря на то, что они носили криминальный характер", – привел цитату из протокола допроса судья Музыченко.

– Часы все-таки украли, – настаивал Шенгелия после оглашения показаний. – Просто я уже не хотел в последнее время связываться с этим и забыл уже про них.

Следующее судебное заседание по делу бывшего начальника главка СКР Максименко назначено на 20 февраля.