$ 63.85

€ 70.42

Процесс Дрыманова — Максименко — Крамаренко: коньяк в мешке Bosco и «вор» на воротах

Новости05.11.2019
05.11.2019996

Александр Дрыманов. Фото: Антон Кардашов/АГН Москва

На очередном заседании Мосгорсуда по делу бывших высокопоставленных сотрудников СКР «солировал» экс-глава столичного главка Александр Дрыманов. Он неожиданно решил давать показания и разразился критикой в адрес сотрудников ФСБ: обвинил их в пьянстве и появлении надписи «вор» на заборе его загородной резиденции. Атмосферу шоу дополнил известный актер Станислав Садальский, неожиданно появившийся в зале. Впрочем, пресса услышала не все показания Дрыманова. Государственных тайн оказалось так много, что журналистов удалили из зала. (О первом заседании суда L.R рассказал здесь.)

Те же и Садальский

С предыдущего заседания на процессе произошли перемены. Стороне обвинения добавили веса, и компанию Милане Дигаевой теперь составляет старший прокурор Игорь Потапов. Кроме того, в зале поубавилось прессы, но стало больше сочувствующих. Среди них — актер Станислав Садальский. Мотивы, приведшие его в суд, остались загадкой.

Но самое главное, изменилось и настроение Дрыманова. Ранее генерал заявлял, что готов дать показания после представления всех доказательств обвинения. Теперь же он выразил желание сделать это «здесь и сейчас».

Напомним, что помимо Дрыманова перед судом предстали бывшие высокопоставленные сотрудники следкома — Михаил Максименко, возглавлявший главк межведомственного сотрудничества и взаимодействия, и Алексей Крамаренко, руководивший СУ по ЦАО Москвы. Их обвиняют в связи с верхушкой российского преступного мира, включая его неформального лидера Захария Калашова (Шакро Молодой).

— Почему вы изменили позицию? Раньше ведь хотели, чтобы было по-другому, — удивился судья Сергей Груздев.

— Потому что хочу донести правду. Чтобы вы сначала услышали ее из моих уст, — ответил Дрыманов.

Несмотря на то, что в коридоре томилось несколько свидетелей, суд решил дать слово генералу. Он поднялся с места, взял кипу листов и пустился в воспоминания.

Коньяк в мешке

Попеняв на следствие, не давшее ему достаточно времени для подготовки к защите, Дрыманов начал было пространный рассказ о своей работе. Однако судья не дал залу заскучать и прервал повествование через пару минут.

— Сан Саныч, мы сейчас не на совещании. Вы же понимаете, что не вправе обсуждать те вопросы, которые не находятся в фабуле обвинения, — сделал замечание Груздев.

Дрыманов кивнул и с небольшими отступлениями перешел к истории с соратником Шакро Андреем Кочуйковым (Итальянцем). Он был арестован после конфликта, связанного с рестораном Elements на Рочдельской улице. Тогда два человека из окружения Шакро были застрелены бывшим сотрудником ФСБ адвокатом Эдуардом Буданцевым.

Первым Дрыманов «отпустил» под домашний арест самого Буданцева, за которого похлопотали его бывшие коллеги с Лубянки. Потом пришла очередь смягчить участь Итальянцу. Но мотивы Дрыманова, по версии следствия, здесь были уже исключительно меркантильные.

Миллион долларов, выделенных лидерами преступного мира на освобождение Итальянца, должны были поделить на пятерых. Помимо троих обвиняемых, по $200 000 предназначалось предпринимателю Дмитрию Смычковскому и бывшему первому заместителю Дрыманова генерал-майору Денису Никандрову. Последний ранее осужден на 5,5 года колонии, так как заключил сделку со следствием и уже этим летом освободился условно-досрочно. Смычковский же, по оперативным данным, сбежал в Лондон и находится в розыске.

В ходе следствия Никандров утверждал, что Дрыманов прямо в офисе ГСУ отдал ему долю в фирменном мешке магазина Bosco. Однако экс-глава ГСУ иначе изложил версию встречи с коллегой в начале 2016 года.

— Никандров заглянул ко мне в рабочий кабинет и спросил, нет ли у меня какого-либо спиртного? У меня был коньяк. На подоконнике лежал злосчастный мешок Bosco. Я положил коньяк в него и передал Никандрову. Могу уверенно сказать, что никаких денег там не было.

Написали красной краской слово «вор»

Есть в деле Дрыманова и другой эпизод. По версии следствия, в 2016 году Никандров передал ему «неперсонифицированную дебетовую карту» с почти 10 000 евро за содействие назначению на должность и общее покровительство по службе. Карта была оформлена на прибалтийскую компанию. Никандров сам позже рассказал об этом ФСБ, после чего и начались основные неприятности Дрыманова. В частности, были проведены обыски у него в кабинете и загородном доме.

На суде Дрыманов высказал к этим мероприятиям многочисленные претензии. Рабочие якобы рассказали ему, что сотрудники ФСБ приковали их наручниками к скамейке. А приехавшую генеральскую супругу огорошили вопросом: «Где находится бочка с деньгами и драгоценностями?»

Сотрудники следственно-оперативной группы ФСБ, как утверждает Дрыманов, никаких тайников не нашли, зато обнаружили алкоголь, спрятанный в семейном гараже.

— Следователи, со слов супруги, вышли оттуда в состоянии алкогольного опьянения. А после того как закрыли гараж, написали красной краской на воротах слово «вор».

По утверждению подсудимого, впоследствии председатель СКР Александр Бастрыкин доложил об этом инциденте руководителю ФСБ Александру Бортникову.

— Когда была получена информация о том, что у меня якобы есть счета в латвийском банке… — пытался продолжить рассказ Дрыманов. Но внезапно его прервал судья Груздев.

— Достаточно. Перерыв в судебном заседании объявлен. Участники, оставайтесь, пожалуйста, в зале. Зрители, просьба покинуть помещение.

Через 10 минут стало известно, что стало причиной перерыва. По словам судьи, Дрыманов в ходе оглашения показаний неоднократно упоминал сведения, составляющие гостайну. Поэтому суд поставил вопрос о закрытии слушаний на этот период. Сторона государственного обвинения пошла дальше, предложив полностью закрыть процесс. Защита Дрыманова была против.

— Защита возражает, поскольку никаких сведений, составляющих гостайну, не звучало. Ни на какие документы он не ссылался в своей речи. У нас есть конкретные материалы в конкретном томе, содержащие государственную тайну. Только их разглашение может свидетельствовать о нарушении, — возразил адвокат.

Тем не менее суд доводам защиты не внял. Дрыманов закончил откровенничать уже в отсутствие журналистов. Допрос генерала также прошел в закрытом режиме. В каком режиме будет дальше проходить процесс, пока неясно.

О другой взятке, выделенной на освобождение Итальянца, читайте здесь.