Елена Зайченко

Видеозапись судебных заседаний: кому и зачем это нужно?

05 Апр 11.53 2488

Разработчики законопроекта следуют концепции незримого ока избранных

Елена Зайченко

к.ю.н., адвокат, ассистент кафедры гражданского процесса МГУ

Законопроекты[1], предусматривающие введение обязательной видеозаписи судебных заседаний в уголовном, гражданском и административном судопроизводстве, двинулись через Госдуму чрезвычайно быстро. 14 марта 2016 года комитет под руководством Павла Крашенинникова настоятельно рекомендовал депутатам принять их. Рассматривать в первом чтении по календарю палаты их должны были 23 марта, однако почему-то обсуждение прошло досрочно — уже 18 марта за принятие законопроекта скоропостижно и единогласно проголосовали 444 депутата.

Существующее регулирование

Сейчас УПК и ГПК упоминают возможность использования средств аудио- и видеозаписи в ходе судебного заседания ради составления письменного протокола, но не регулируют порядок фиксации. Кодексы также умалчивают о правовом режиме и значении аудио- и видеозаписи и о соотношении их с письменным протоколом, о возможности участников получить копию записи. По УПК и ГПК аудио- и видеопротоколы сейчас — это процессуальное нечто или даже ничто.

АПК предписывает суду вести аудиозапись во время проведения каждого судебного заседания. С учетом разъяснений Пленума ВАС аудиопротокол является основным средством фиксации хода заседания, письменный протокол — дополнительным.

Согласно КАС аудиопротоколирование каждого судебного заседания обязательно, видеозапись может вестись. Участники вправе получить копию записей.

Изменения без цели

По смыслу одобренных в первом чтении законопроектов и сопроводительных материалов к ним, наряду с традиционным письменным протоколом, обязательной должна стать видеозапись каждого судебного заседания суда. Но из текста проектов в текущем виде неясно, что будет с аудиофиксацией в арбитражном процессе, каково соотношение аудио- и видеопротокола в административном и арбитражном процессе. Разумные вопросы о соотношении записей и письменного протокола, на которые в своем официальном отзыве на законопроект обратил внимание Верховный суд, пока также остаются без ответа.

Представитель Минюста Дмитрий Аристов устно объяснил, что, по логике разработчиков, предлагаемые поправки обеспечат соблюдение принципа процессуальной экономии. Видеозапись будет использоваться как вспомогательный материал — при рассмотрении жалобы на протокол. Но непонятно, какой жалобы. Речь может идти, во-первых, о жалобе на судей, например, председателю суда. Во-вторых, об обращении в квалификационную коллегию. В-третьих, речь может идти о процессуальном документе — апелляционной или кассационной жалобе.

Но без детальной проработки этого вопроса, без четкого понимания целей и задач видеофиксации в принципе и особенно в текущих экономических условиях ввести ее в обязательном порядке на каждом судебном заседании, вплоть до заседаний мировых судей, было бы верхом легкомыслия. Принимается не какая-нибудь ведомственная инструкция и даже не внутренние правила какого-либо суда. Любые нововведения, связанные с изменениями в процессуальные кодексы, должны в итоге обеспечивать выполнение задач, предусмотренных соответствующими кодексами, и прежде всего эффективную защиту прав и законных интересов граждан и организаций.

Если взглянуть на видеофиксацию хода судебных заседаний сквозь призму защиты прав участников процесса, то, во-первых, безусловным благом она становится, когда гарантирует процессуальные права, то есть когда видеопротокол является доказательством наряду с письменным протоколом и лица, участвующие в деле, имеют право ознакомиться с ним и получить его копию. Именно так сейчас работает в арбитражном процессе обязательная аудиозапись. Во-вторых, видеопротокол является гарантией реализации принципа гласности, что менее предпочтительно для участников споров, чем режим доказательства, но тоже неплохо. Но если мыслится борьба за транспарентность, то видеозаписи должны быть доступны для публики на сайте суда. Однако, судя по содержанию текстов законопроектов и по их обсуждениям в Госдуме, инициаторы принятия закона не имели в виду ни первый, ни второй варианты. Тем не менее они хотят оказаться впереди планеты всей.

Разумная альтернатива

Если же ставить во главу угла цели защиты прав участников процесса и обеспечения транспарентности, а заодно задуматься об экономии средств госбюджета, то наиболее приемлемой была бы идея аудиопротоколирования с закреплением возможности любого интересующегося лица, а не только участников процесса получить за плату копию аудиопротокола любого открытого судебного заседания. С точки зрения вынесения правильного решения имеет значение, что говорится во время судебного заседания. И для фиксации происходящего вполне достаточно аудиозаписи, а какое у судьи при этом выражение лица, юридически безразлично. Жизнеспособность и эффективность этого варианта фиксации были подтверждены более чем 5-летним опытом работы арбитражных судов.

В своем отзыве на законопроект ВС совершенно разумно предлагает Госдуме не отказываться от идеи аудиопротоколирования, которая была основной в том числе и в ФЦП «Развитие судебной системы России на 2012-2013 годы». Видеосъемка могла бы проводиться в некоторых судах (Верховный суд РФ, Мосгорсуд и пр).

«Концепция Ольги Егоровой»

В Мосгорсуде видеозапись судебных заседаний ведется с ноября 2013 года по инициативе председателя Ольги Егоровой. Такая видеофиксация, по ее словам, предназначена для решения конфликтных ситуаций, когда поступает жалоба относительно ведения процесса. Однако участники процесса доступа к видеозаписям не имеют, «поскольку это не предусмотрено законодательно». Видеозаписи некоторых, как правило, наиболее резонансных процессов по уголовным делам выкладываются на официальном сайте суда.

В Мосгорсуде таким образом реализована концепция видеофиксации хода судебных заседаний для внутреннего пользования. И на данном этапе работы над проектами о тотальной съемке, похоже, предполагается, что ее введение — реализация «концепции Ольги Егоровой». Суть ее в том, чтобы избранные, «кому надо», могли посмотреть, как было на самом деле, и чтобы каждый судья знал, что «незримое око» непрерывно наблюдает за ним.

Получается, что единственная понятная пока цель — контроль над судьями, но не налогоплательщиков, на чьи средства планируется реализация проекта, а председателя суда, квалифколлегии или даже президентской комиссии по кадрам. Но если уровень доверия к судьям у исполнительной и законодательной власти таков, что хочется иметь возможность погрозить им видеозаписью, то для этого не стоит править кодексы. Более чем трехлетний опыт Мосгорсуда наглядно показывает, что видеофиксация возможна и без изменения процессуального закона.

И вряд ли сопоставимо с предполагаемыми тратами (единовременно 1,96 млрд руб. на федеральные суды и 3,44 млрд руб. на мировые плюс 1,63 млрд руб. ежегодно) количество случаев вопиющего беззакония, которые могут быть зафиксированы с помощью видеосъемки — как со стороны судей, так и со стороны участников процесса. Обеспечение дисциплины возможно и более дешевым способом: вместо сплошной видеофиксации можно разрешить видеосъемку участникам процесса и публике. Это, кроме внесения изменений в кодексы, не требует никаких затрат. Это был бы апогей реализации принципа гласности.

Примечания
[1] Законопроекты № 965483-6 и № 965487-6
открытость правосудия, Верховный суд РФ, Мосгорсуд, законотворчество, видеозапись заседаний, Госдума, Минюст

Для добавления комментария необходимо авторизоваться.