Юрист-миллиардер дал секретные показания в суде

Новости20.05.2019
20.05.20194797

Фото: Кирилл Канин

Судебный процесс по делу о вымогательстве акций кузбасского разреза «Инской» длится уже полгода. Потерпевшим по делу является местный адвокат Антон Цыганков – владелец контрольного пакета акций предприятия. По его требованию судебное заседание было проведено в закрытом режиме. Официальная причина – опасения акционера за свою жизнь. Кто знает, быть может, реальные мотивы Цыганкова совсем другие.

L.R решил на основе материалов из открытых судебных заседаний обобщить информацию об адвокате-миллиардере, ведь принадлежащий ему пакет акций разреза «Инской» обвинение оценивает в сумму, превышающую два миллиарда рублей.

В ходе допросов свидетели озвучили любопытные факты об адвокате. Оказалось, что участия в управлении организацией он почти не принимал, предпочитая заниматься другими делами. А в это время долги предприятия росли как снежный ком, а материально-техническая база устаревала и разрушалась.

В собственности Антона Цыганкова находится контрольный пакет акций АО «Разрез «Инской» – 51% (513 штук). К адвокату актив попал в конце 2015 года. До этого в разные годы акциями владели несколько лиц, в числе которых миллиардер из списка Forbes Гавриил Юшваев. Последний позже продал свой пакет предпринимателю Илье Гаврилову.

По словам Андрея Гайдина, гендиректора «Угольной компании «Инская» – правопреемника УК «Менеджмент», управлявшей разрезом в 2016 году, суммы, которые акционеры вкладывали в предприятие, направлялись через Гаврилова. Основным акционером шахты предприниматель был до конца 2015 года. Именно тогда он передал свои акции Антону Цыганкову. За какие заслуги юристу перешел контрольный пакет предприятия, Гайдин суду, к сожалению, не объяснил. Однако пояснил, что Цыганков уже не акционер, акционером является сама «Угольная компания «Инская».

Гайдин долго отказывался назвать стоимость приобретения, ссылаясь на коммерческую тайну, пока не сообщил о «нескольких десятках миллионов». По показаниям свидетеля, Цыганков ранее имел отношение к компании «Промуглесбыт», которая вела дела «Инской» до УК «Менеджмент». Адвокат «фактически был гендиректором «Промуглесбыта», рассказал Гайдин.

Примечательно, что Цыганков приобрел пакет акций «Инской» в момент, когда предприятие оказалось в тяжелой ситуации. Шахта попала в горно-геологическое нарушение и перестала добывать уголь. К концу 2015 года, когда Гаврилов продал пакет Цыганкову, накопленные ресурсы у предприятия закончились, началась острая фаза кризиса. Быть может, опасаясь неблагоприятных последствий кризисного положения на шахте, акционер выдвинул вместо себя на первый фронт адвоката? Или, возможно, было понятно, что этот актив не имеет никакой ценности и из кризиса ему не выбраться?

Добываемый на «Инской» уголь, по словам Гайдина, является премиальным и востребован за рубежом. Но из-за проблем с добычей поступление полезных ископаемых прекратилось, шахта стала резко накапливать долги, в том числе перед сотрудниками, а материально-технический фонд начал стремительно изнашиваться.

Имеющаяся в материалах дела и оглашенная в одном из судебных заседаний по делу «Инской» бухгалтерская справка дает наглядное представление о том, какая катастрофическая ситуация сложилась на шахте. К августу 2016 года организация выглядела безнадежным должником: по кредиторской задолженности она не выплатила 1,49 миллиарда рублей, по кредитам и займам – 9,5 миллиарда, а в бюджетные и внебюджетные фонды – 260 миллионов рублей.

Что сделал Цыганков как основной владелец предприятия для исправления ситуации? Свидетели по делу как один отмечают: участия в делах кризисного разреза акционер практически не принимал. Персонал предприятия юриста фактически не знал. По словам директора по производству УК «Менеджмент» Александра Турова, о существовании Цыганкова ему стало известно только по телевизионным репортажам.

При этом юрист был в курсе катастрофической ситуации на предприятии, уверяют свидетели. В 2016 году, накануне забастовки 8 июля, состоялось общее собрание акционеров, на котором Цыганков получил полный отчет о деятельности «Инской». Адвокату регулярно докладывали о тяжелом положении организации, рассказал технический директор «Угольной компании «Инская» Олег Копытов.

О том, что Цыганков не интересовался судьбой разреза, заявил и Андрей Гайдин. По его словам, в управлении акционер не участвовал, деньги для исправления ситуации на шахте не вкладывал. «Не мешал – уже хорошо», – подчеркнул он. Показательно, что Гайдин, являющийся одним из главных действующих лиц на разрезе, до мая 2016 года не знал, что Цыганков является основным акционером предприятия.

К июлю 2016 года долги по зарплате превысили 60 миллионов рублей, признаков улучшения ситуации не было. «С января 2016 года по две-три тысячи стали перечислять и больше не давали – как хочешь, так и живи», – цитирует Тайга.инфо электрослесаря «Инской» Сергея Ефремова.

Ситуация для Цыганкова резко ухудшается 11 июля. По причине невыплаты заработной платы Управление СК по Кемеровской области возбуждает уголовное дело по признакам совершения преступления по статье 201 УК о злоупотреблении полномочиями. В тот же день акционера доставляют в здание управления и помещают в изолятор временного содержания.

12 июля юриста доставили в управление Следственного комитета по Кемеровской области, где с ним встретились вице-губернаторы Кемеровской области Александр Данильченко и Алексей Иванов. Любопытную информацию о событиях того дня и переговорах юриста с чиновниками рассказали конвоиры акционера из состава специального отряда УМВД России по Кемерово – Сергей Павлов, Олег Пучков и Сергей Ветчанов. Все трое правоохранителей в своих показаниях подчеркивают: давления на Цыганкова не оказывалось, акции он передал по собственной воле.

По словам Павлова, чиновники описали ситуацию на «Инской» как плохую, напомнили об отсутствии угля и спросили у Цыганкова, собирается ли он погашать долги по зарплате. Конвоир вспомнил, что акционер попытался убедить вице-губернаторов, что возьмет кредит, однако Данильченко резонно возразил, что из-за тяжелого финансового состояния предприятия займы ему никто не даст, к тому же есть опасность окончательно потерять очистной комбайн, да и вообще, шахта нуждалась в серьезных финансовых вложениях. Цыганков не смог назвать никого, кто даст ему такие деньги, подчеркнул Павлов.

Конвойный рассказал, что вице-губернаторы изначально предлагали Цыганкову продать 51% акций, после чего покупатель вложит деньги в разрез, погасит долги и возобновит добычу. «От заместителей губернатора слов о том, что если Цыганков не согласится продать свою долю акций, то будет лишен свободы, не звучало. Альтернативы: сделай это и будешь отпущен – ни от кого не звучало, все сидели, культурно общались», – приводит Тайга.инфо слова из показаний Павлова.

Покупателя ждали несколько часов, затем к Цыганкову пришел юрист бизнесмена Александра Щукина Геннадий Вернигор. Вместе они решили, что лучший способ – дарение акций из-за права преимущественного приобретения акций иными акционерами. Нотариус составил доверенность, а Цыганков ее подписал. Обратно к автозаку он вышел уже без наручников, вспоминал Павлов. Никаких жалоб и возражений за все время присутствия в СК у акционера не было, угроз физического насилия не звучало, тюремным заключением юристу никто не грозил, уверяет конвоир.

Показания Павлова подтверждает начальник конвойного наряда Олег Пучков, который заявил, что Цыганкова отпустили в тот же день, 12 июля. По его словам, Цыганков отказался от акций добровольно, не сожалел о передаче пакета, вел себя спокойно. Более того, отмечал в суде Пучков, юрист даже был доволен, что после сделки за него выплатят «какой-то большой кредит».

Акции передавались лицу, аффилированному со Щукиным. При этом Вернигор видел, что юрист ведет переговоры в наручниках, однако по каким-то причинам не счел необходимым поставить своего шефа в известность об этом.

Не упоминал это обстоятельство и сам Цыганков, который на следующий день пришел в офис «Западно-Сибирской угольной компании», принадлежащей Щукину. Юрист обсуждал с предпринимателем вопросы передачи контрольного пакета «Инской», ни о каком давлении он не заикался. Более того, по просьбе акционера бизнесмен передал ему миллион рублей на лечение отца и личные нужды, рассказывала в ноябре 2018 года на встрече с журналистами адвокат Щукина Елена Юлова.

Из имеющейся в публичном доступе информации складывается впечатление, что никаких иллюзий насчет незадачливого акционера у руководства региона не было. Все понимали: адвокат – номинальный владелец.

Реальным собственником считают предпринимателя Гавриила Юшваева. В настоящее время с состоянием в 1,5 миллиарда долларов он занимает 66-ю строчку в рейтинге 200 богатейших бизнесменов России. По словам Андрея Гайдина, Юшваев остается единственным инвестором «Инской». Так, в апреле 2015 года он дал разрезу коммерческий заем в 400 миллионов рублей на перемонтаж лавы.

Щукин между тем строил планы на новый актив. У бизнесмена была программа вывода предприятия из кризиса, в дальнейшем он планировал построить на «Инской» горно-обогатительную фабрику, и после того, как Юшваев встретился со Щукиным, конфликт был исчерпан. Как заявил Гайдин, ему позвонили и Щукин, и помощник Юшваева, сообщив, что «все решили». Что решили – не сказали, но работать собирались вместе. Но на следующий день бизнесмен неожиданно отказался от проблемного актива и права на акции не оформил.

А спустя несколько месяцев против Щукина, чиновников администрации Кемеровской области, а также следователей из местного СКР, в том числе его экс-главы Сергея Калинкина, возбудили дело о вымогательстве в особо крупном размере. По версии следствия, обвиняемые для завладения акциями Цыганкова вступили в преступный сговор.

С июня 2016 года разрез «Инской» находится в предбанкротном состоянии, идет процедура банкротства. Еще до задержания Цыганкова арбитражный суд принял соответствующее заявление кредитора, которому предприятие не выплатило около трех миллионов рублей.

Удивительно, что обвинение, вменяя фигурантам дела вымогательство в особо крупном размере, скорее всего, само не в курсе реальной стоимости пакета акций Цыганкова. В прошлом году называлась цифра в 2,8 миллиарда рублей.

Цыганков мог бы и сам назвать реальную стоимость акций, но давать показания в суде при скоплении представителей СМИ он отказался, заявив ходатайство о слушании дела в закрытом судебном заседании, в связи с чем мы обратились за комментариями к адвокату Щукина Елене Юловой.

– Елена, по какой причине СМИ не были допущены в качестве слушателей в судебное заседание с участием потерпевшего Цыганкова?

– Потерпевший заявил, что опасается за свою безопасность и членов своей семьи, поскольку якобы именно от его показаний будет зависеть во многом ход дела, а подсудимые могут оказывать давление на него и членов его семьи, потому что у них, по мнению потерпевшего, сохранились связи с правоохранителями и «представителями криминального мира». В результате суд слушал дело в закрытом судебном заседании, запретив вести аудиозапись хода судебного заседания и удалив всех слушателей. Хотя «тайной» являются сведения о принимаемых мерах безопасности в отношении потерпевшего и его персональные данные.

– Вы ранее заявляли, что по оценке специалистов 51% акций разреза «Инской» стоит 1 рубль, а как потерпевший оценивал его, пока им владел?

– Самое интересное, что, по словам Цыганкова, он по-прежнему является акционером общества, и на мой вопрос о том, кто же вводит суд в заблуждение – Гайдин, заявлявший, что акции были выкуплены у Цыганкова, или Цыганков, который сообщает, что он до сих пор акционер, – Цыганков сообщил, что Гайдин «поторопился», что лишь ведутся переговоры о возможной продаже акций. Суду Цыганков заявил, оценивая на следствии стоимость акций в 1,5 млрд рублей, что это – примерная стоимость, сумма, которую мог бы он получить в будущем, за время работы предприятия в течение 5–7 лет, то есть оценивая именно прибыль предприятия за 5–7 лет в 1,5 млрд рублей.

Но по-моему мнению, прибыль – это одно, а размер дивидендов и даже их наличие – совсем иное, а рыночная стоимость акций определяется с учетом прочих экономических показателей работы предприятия. Тем не менее потерпевший считает, что ему причинен материальный ущерб в размере стоимости авиабилетов, которые он был вынужден покупать для прилета на следственные действия. Он также заявлял о моральном ущербе, который по решению суда взыскан в размере 200 000 рублей.

При этом акции Цыганков приобрел по договору дарения (к слову, отсутствующего в материалах дела), в котором стороны определили цену подарка по номинальной стоимости акций в 256 500 рублей, а в материалах дела имеется передаточное распоряжение с указанием цены пакета акций в 1 рубль. Цыганков, принимая в дар акции как расчет с ним по долгам, предполагал получить в будущем полтора миллиарда рублей.

– L.R как изданию, которое пишет на юридические темы, известно, что при назначении наказания учитывается мнение потерпевшего. Высказал ли Цыганков свое мнение по этому вопросу?

– Да, такой вопрос обсуждался, однако потерпевший отказался высказать свое мнение, пока не прослушает показания подсудимых. Ну, а про содержание показаний подсудимых вы, как СМИ, ничего не узнаете, поскольку суд разъяснил, что все без исключения судебные заседания, в которых будет участвовать потерпевший, будут закрытыми. То есть Цыганков будет слушать показания подсудимых, составлять свое мнение об их наказании, содержание показаний не будет доступно к восприятию ни СМИ, ни общественности, ни родственникам, которые могут и захотят прийти поддержать подсудимых, адвокаты не смогут вести аудиозапись показаний для их анализа и подготовки подсудимых к допросу, что, очевидно, нарушает их права на защиту.

И все это выглядит странно, на мой взгляд. С одной стороны, у нас каждое судебное заседание снимается на видеокамеру, и непонятно, куда эти видеозаписи поступают, кто их просматривает и для чего, а с другой стороны, при появлении находящегося «под защитой» потерпевшего в процессе, который без документальных подтверждений опасается (вот опасается, и все тут!) подсудимых, заканчиваются открытость и гласность судопроизводства.

Читайте по этой теме также материалы:

Акционер-адвокат и юрист-свидетель в деле сибирского олигарха

Бывшие партнеры по миллиардному бизнесу бьются в полудюжине юрисдикций

Дело разреза «Инской» обрастает новыми подробностями

Дело «Инской»: в чем признался бизнесмен Александр Щукин

В деле разреза «Инской» появились новые свидетели

Работники разреза «Инской» раскрыли любопытные факты по уголовному делу

Миллиардер из списка Forbes подал иск на 5 млн руб. к главному редактору НГ

Кто вынудил бизнесмена Щукина взять акции разреза «Инской»

Против Щукина и Узбекова развязали информационную войну

Карать или спасать: государству предложили переосмыслить роль в делах бизнеса

Долги и разруха: как разрез «Инской» довели до банкротства